— Лера, — сказал он, и его голос стал низким, хриплым. — Я не буду ничего делать. Не сейчас. Но я хочу, чтоб ты знала: я всё ещё хочу тебя. Всё так же, как тогда. Даже сильнее.
Он протянул руку и коснулся её локтя. Всего лишь локоть. Но этот жест обжег её, как поцелуй.
— До завтра, — сказал он, развернулся и пошел в магазин запчастей, насвистывая какую-то мелодию.
Села, закрыла дверь, уткнулась лбом в руль. В голове билась одна мысль: «Что я делаю? Я замужем. Я люблю Игоря. Я...»
Она не любила Игоря. Не так, как надо. Она привыкла к нему, прикипела, как прикипают к старому дивану — неудобному, но привычному. А Макс... Макс был огнём. Огнём, о котором она мечтала пятнадцать лет.
Она завела машину и поехала домой. Всю дорогу чувствовала на коже место, где он коснулся её локтя. Горело. Всё горело.
Дома она заперлась в ванной, разделась и встала перед зеркалом. Смотрела на своё тело — упругая грудь с торчащими сосками, тонкая талия, которую она так старательно качала в зале, накачанная попа, результат бесконечных приседаний и выпадов. Она провела рукой по животу, ниже, к лобку — гладко выбритому, как она любила. Пальцы скользнули внутрь, и она застонала.
Она закрыла глаза и представила, что это не её пальцы. Что это его рука — сильная, с длинными пальцами, в татуировках. Что он стоит сзади, сжимает её грудь, кусает за шею, входит в неё сзади, жестко, глубоко...
Она кончила быстро, прислонившись лбом к холодному зеркалу, тяжело дыша. В зеркале отражалась раскрасневшаяся женщина с безумными глазами и размазанной тушью.
— Что ты делаешь, Лера? — прошептала она своему отражению. — Что ты делаешь?
Ответа не было.
ГЛАВА 3: «СЕМЕЙНЫЙ СОВЕТ»
Вечер перед отъездом. Квартира Соколовых. Пахнет коньяком, свежим салатом и предвкушением праздника.
Лера суетилась на кухне, хотя всё было уже готово. Нарезала хлеб, переставляла тарелки, поправляла салфетки — лишь бы занять руки. Потому что если руки будут свободны, она начнет думать. О нём. О том, что случилось днём на стоянке. О том, как его пальцы касались её локтя, а взгляд раздевал до самого нутра.
Платье на ней было то же самое — легкое, домашнее, до середины бедра. Тонкий трикотаж облегал фигуру, под тканью отчетливо проступали соски — они у неё всегда жили своей жизнью, торчали по любому поводу, а уж сегодня, когда Макс будет рядом, и подавно. Лифчик она не надела — терпеть его не могла, вечно давил, сжимал. Игорь давно перестал замечать. А Макс... Макс заметит.
Заметил.
Он вошел вместе с Олей, Димой и Егором. Все они пришли почти одновременно. Макс, как всегда, в черной футболке и джинсах, прошел в комнату, обменялся рукопожатием с Игорем и сразу же сел на диван, рядом с местом, которое обычно занимала Лера.
— Привет, — сказал он, глядя на неё, когда она вошла с тарелкой закусок.
И всё. Одним этим взглядом он раздел её, провел языком по шее, сжал грудь. Она почувствовала, как между ног становится мокро.
— Привет, — ответила она, и голос предательски дрогнул.
Она села на диван рядом с ним. Оля и Дима расположились в креслах напротив, Егор устроился в сторонке, на табурете у окна, делая вид, что увлечен телефоном. Игорь разлил коньяк по рюмкам, поставил на стол.
— Ну что, — Игорь поднял рюмку. — За то, чтоб поездка прошла огонь!
— Огонь! — поддержал Дима.
Выпили. Лера закусила огурчиком, чувствуя, как коньяк разливается теплом по телу. И в тот же момент под столом что-то
Мокрое полотенце