Зал «Боец» гудел, как улей. Январская стужа вымораживала город до синевы на стеклах, но внутри было тепло от дыхания и жара десятков тел.
Глебыч, стоя посреди зала на потрёпанном татами, громко свистнул. Все остановились, прерывая раунды, бросая груши и гантели. Непроницаемое лицо Глебыча сегодня выражало нечто похожее на отцовскую гордость.
— Слушайте сюда, кому не всё равно! — его голос, привыкший перекрывать лязг железа, громыхал под низкими сводами. — Я разослал заявки, и нам пришло приглашение. «Кубок Северного Волка» в области. Серьёзные ребята, серьёзные команды. Нас заметили.
По залу пронёсся сдержанный гул. Звук голодных волков, учуявших добычу.
Глебыч выдержал паузу, давая информации осесть в мозгах его подопечных. Он смотрел на них, оценивая не только физическую готовность, но и огонь в глазах, который нельзя накачать ни жимом лежа, ни на турниках.
— К сожалению, нам выделили только три места. Поэтому возьму только тех, кто не ссыт и пашет. Кто готов кровь и пот лить, а не сопли по углам размазывать. — Его стальные глаза медленно обводили зал, цепляясь за каждого.
— Итак, слушайте и запоминайте! Поедут самые голодные. Он ткнул коротким, толстым пальцем, больше похожим на обрубок, в сторону собравшейся толпы.
— Первый! — Глебыч кивнул на высокого, жилистого парня со шрамом над бровью. — Руслан! Руки, как плети, дьявол в клинче.
У него в крови жидкий огонь, и он знает, как его пустить по венам противника. С ним любая грёбаная драка в стойке превращается в похороны для соперника. Он задушит тебя в объятиях, будто удав, и будет улыбаться, пока ты хрипишь.
Руслан, известный своим скверным характером и невероятной выносливостью, усмехнулся, потирая костяшки, с которых за годы тренировок слезла кожа и наросла броня из мозолей. В его взгляде читалось столько вызова и уверенности, что иные новички порой отводили взгляд.
— Глебыч, я им похороны устрою, — парировал он, и по залу пронёсся сдержанный мужской смех.
— Второй! — взгляд тренера остановился на коренастом, не по годам мощном парне с упрямым лицом, на котором ещё не стёрлись следы юности. — Артём! Молот, — сказал Глебыч. — Бьёт так, будто дверь вышибает, всем телом, от пятки до кулака. Не самый быстрый, но если попал, вставать будешь только с помощью врачей. Он наша таранная баба. Ломает любую оборону одним точным ударом.
Артём сдержанно кивнул, в его голубых и ясных глазах вспыхнул азарт. Он не говорил лишних слов, предпочитая, чтобы за него говорили его кулаки.
— А вот с полусредним весом у меня сомнения, — продолжил Глебыч, перейдя на спокойный тон.
Это был своего рода сигнал. Когда Глебыч кричал, он просто выпускал пар. Когда говорил тихо, это означало, что сейчас будет рубка.
— Кандидата два.
Он кивнул на низкого, коренастого парня с бритой головой и парой шрамов на макушке. Тот смотрел исподлобья, как бык из загона. Именно таким взглядом смотрят на противника перед дракой.
— Денис, — сказал Глебыч. — Занимается давно. Третий год.
Недисциплинированный. Пропускает тренировки. То девки, то гулянки, то просто лень. — Он сделал паузу. — Но хорош во всём. Руки, ноги, координация. Всё работает. Всё летает. Если бы он каждый день в зал приходил, я бы даже не думал кого-то другого брать.
Денис усмехнулся. Он знал, что хорош. Ему хватало таланта, чтобы бить здесь всех. Зачем упахиваться, если и так берут?
— И Саня, — Глебыч резко ткнул пальцем в толпу.
Все обернулись. Саня не ждал, что его назовут.
— Талант на лицо, — Глебыч говорил о нём, будто Сани здесь не было. — Вижу, как двигается, дышит, слушает. База есть.
Услуга за услугу