другими парнями — слишком многими, если честно. Но когда я была с тобой... мне было невероятно хорошо. Ты доставил мне потрясающее удовольствие. Поверь мне: когда я лежала с тобой, я не думала ни о каких других мужчинах. Я просто наслаждалась тем, что мы вместе. А ты думал о других женщинах, когда был со мной?
Я медленно покачал головой.
— Нет. Честно говоря, я даже не мог поверить, что вообще оказался с тобой. Ты чертовски сексуальная, знаешь ли.
Её улыбка получилась слишком грустной и слишком медленной.
— Я рада, что ты так думаешь. Спорила бы на жизнь, что и она в тот момент думала только о тебе. А когда ты остановился и ушёл... кто знает, что творилось у неё в голове. Отвержение — это тяжело. Но в тот момент она реагировала именно на то, что её любят. И только на это. Ты прекрасно это знаешь, Рик.
— Знаю, Шелли. Ты думаешь, я этого не понимаю? Всё это крутилось у меня в голове. Весь этот дерьмовый момент. Я бы отдал всё на свете, лишь бы она никогда не заставляла меня смотреть эти проклятые видео. Я не могу выкинуть их из головы.
Она откинула мне волосы со лба и нежно поцеловала.
— Я знаю. Боже, мы так сильно облажались. Ей нужна твоя помощь, чтобы всё исправить. Это будет тяжело. Нам нужно, чтобы ты держался. Сбежать — это самый лёгкий путь. А вот разбираться со всем этим — тяжело. Она знает. Ей тоже нелегко, поверь.
Я кивнул.
— Ты думаешь, я этого не понимаю? Ты думаешь, мне хотелось выставить себя идиотом только что? Я пытаюсь, Шелли.
Её тело всё ещё было прижато к моему, лицо — в нескольких сантиметрах. Рука ласкала меня по затылку, а бёдра медленно терлись о возвращающуюся твёрдость.
— Знаю, малыш. Пожалуйста, вернись со мной. Она боится подойти к тебе сама. Ей сейчас больно, она расстроена. На себя, а не на тебя. Вернись в спальню. Давай сделаем всё менее серьёзно, ладно? Просто побудь с ней, с нами... близко, но не слишком... напряжённо? Попробуешь?
Я кивнул и позволил ей увести себя обратно в спальню.
Даниэль и Тина всё ещё лежали в кровати, и Даниэль плакала. У меня разрывалось сердце. Я скользнул рядом с ней и крепко обнял.
— Прости, — прошептал я. — Ты ничего не сделала неправильно. Это всё было у меня в голове. Со временем я справлюсь.
Она лежала лицом к Тине, а я прижимался к ней сзади. Я чувствовал, как она дрожит.
— Не бросай меня, Рик, — тихо взмолилась она.
— Я же здесь, разве нет? — поддразнил я и поцеловал её в плечо. Рука скользнула вниз и накрыла её грудь. — Чёрт, мне и правда было очень хорошо.
Она тихо рассмеялась и прижалась ко мне попкой.
— Правда? С этим старым телом? После всех молоденьких девочек, которых ты распробовал?
— Плохая девочка. Ты выманиваешь комплименты? Ты правда хочешь, чтобы я при твоих подругах рассказывал, насколько ты мне больше всех на свете нравишься? Это как-то жестоко, не находишь? — поддразнил я, слегка щипнув её сосок.
Шелли уже забралась сзади меня, и я оказался в самом центре сексуального сэндвича.
— Будь очень осторожен в словах, Рик. Очень осторожен, — предупредила она с улыбкой.
— Ещё бы, — рассмеялась Тина.
Я почувствовал, как краснею, и поцеловал жену в шею — туда, куда она специально отвела волосы, приглашая меня.
— Мне тоже было очень хорошо, — тихо призналась она. Она развернулась ко мне, надавила на плечо, заставляя лечь на спину, и сама легла сверху. — Хулиган.
Белые ночи