Мама поднесла член отчима ближе. Большая, набухшая головка коснулась моих губ. Запах был сильный — смесь маминой слюны, возбуждения и самого Олега.
— Соси, — тихо сказала мама.
Я обхватила головку губами. Олег Викторович тихо застонал. Мама держала его член у основания и медленно двигала им, помогая мне брать глубже. Я начала сосать — сначала осторожно, потом всё более жадно. Слюни сразу потекли по подбородку.
Мама стояла рядом на коленях и смотрела на меня в упор. Её лицо было совсем близко. Я видела каждую эмоцию на нём: шок, ревность, гнев... и сильное возбуждение.
— Вот так... — прошептала она. — Соси его, как я только что сосала.
Она положила руку мне на затылок и слегка прижала, заставляя брать член глубже. Я начала давиться, но мама не отпускала. Слёзы потекли из моих глаз.
— Не останавливайся, — сказала она хрипло. — Ты же хотела смотреть... теперь участвуй.
Олег Викторович сидел и тяжело дышал, одной рукой держа маму за волосы, второй — гладя меня по голове. Он явно наслаждался происходящим.
Мама наклонилась ближе и вдруг поцеловала меня в щёку, прямо рядом с членом отчима. Потом провела языком по его стволу, пока я сосала головку. Наши языки встретились на его члене.
Это было настолько запретно и грязно, что у меня закружилась голова.
Мама отстранилась и посмотрела мне в глаза.
— Ты моя дочь... — прошептала она дрожащим голосом. — И ты сейчас сосёшь член моего мужа... Боже, что мы делаем...
Но при этом она не остановила меня. Наоборот — снова прижала мою голову глубже.
Я сосала изо всех сил. Слюни текли ручьём. Мама смотрела на это, тяжело дыша. Её рука всё ещё лежала у меня на затылке.
— Глубже, Аня... — тихо командовала она. — Покажи, как ты умеешь.
Олег Викторович застонал громче. Его член начал сильно пульсировать у меня во рту.
— Я сейчас кончу... — хрипло предупредил он.
Мама резко прижала мою голову и прошептала мне на ухо:
— Глотай. Всё глотай.
Первый мощный толчок спермы ударил мне в горло. Я начала глотать, но её было очень много. Часть вытекла из уголков моих губ. Мама держала мою голову, не давая отстраниться, пока Олег Викторович полностью не кончил мне в рот.
Когда он закончил, мама медленно вытащила член из моего рта. По моему подбородку стекала густая белая сперма.
Мама посмотрела на меня долгим, потрясённым взглядом. Потом провела пальцем по моей нижней губе, собирая сперму, и засунула палец мне в рот.
— Теперь ты по-настоящему в этом участвуешь... — тихо сказала она.
Я сидела, тяжело дыша, с чужой спермой на лице и во рту, и понимала, что мы только что переступили грань, после которой уже не будет возврата.
Мама всё ещё стояла на коленях перед нами. Её глаза блестели. Она была возбуждена. Очень сильно возбуждена.
Мама долго смотрела на меня — на мои мокрые от слёз глаза, на сперму, стекающую по подбородку и груди. Её лицо было красным, дыхание тяжёлым. Гнев всё ещё кипел в ней, но теперь к нему примешивалось что-то гораздо более тёмное.
— Ты... — она сглотнула. — Ты действительно это сделала. Сосала член моего мужа прямо у меня на глазах.
Я молчала. Мне было страшно. Стыдно. И в то же время я была так возбуждена, что едва могла дышать.
Мама резко схватила меня за волосы и заставила поднять голову.
— Смотри на меня, — жёстко сказала она. — Если тебе так нравится сосать — будешь сосать дальше. Но теперь я буду решать, как это происходит.
Анестезиолог