— О господи! — Катя заходила по комнате, Юлия слышала её шаги через трубку. — Я думала, вы там немножко пофлиртуете, пококетничаете… На крайняк — потискаетесь! А ты… Юля! Ты понимаешь, чем это пахнет?
— Понимаю, — ответила Юлия спокойно, даже слишком спокойно. — Поэтому ни одна живая душа не узнает. Кроме тебя.
— А он? Он-то хоть молчать будет?
— Думаю, да. Ему тоже есть что терять.
Катя помолчала, переваривая информацию.
— И как… как это было? — спросила она наконец другим, более тихим голосом.
Юлия почувствовала, как щёки заливает краской, но остановиться уже не могла. Ей нужно было выговориться.
— Кать… это было… я не знаю, как объяснить. Он такой напористый. Уверенный. Смотрит на меня так… как Олег не смотрел уже лет пять. Как будто я — самый желанный трофей в его жизни. И когда он целовал меня… у меня колени подгибались. Понимаешь? Колени! Как у девчонки.
— Охренеть, — прошептала Катя. — И что, он… он умеет? В свои то годы...
— Оказалось, да, — Юлия прикрыла глаза, вспоминая. — Сначала я была в шоке. Думала: «Господи, что я делаю, это же восемнадцатилетний мальчишка». А потом… потом он меня так… так аккуратно, но в то же время властно… Кать, я кончила.
— Твою мать, — выдохнула подруга. — Юлька, ты сейчас серьёзно? Ты не шутишь?
— Какая разница, серьёзно или нет, — Юлия усмехнулась грустно. — Это случилось. И знаешь… я не жалею. Я устала быть удобной мебелью для Олега. Устала чувствовать себя ненужной. А этот парень… он на меня смотрит так, будто я богиня. Будто он готов молиться на каждую мою родинку.
— Ох, Юль, — Катя вздохнула. — Ты вляпалась. По-крупному вляпалась. Но… чёрт с тобой. Если это делает тебя счастливой… только будь осторожна, ладно? Ради бога, будь осторожна. И не вздумай влюбиться в него по-настоящему.
— Не влюблюсь, — твердо сказала Юлия. — Это просто летнее приключение. Небольшой роман. А в сентябре всё закончится.
— Ну-ну, — хмыкнула Катя. — Я в тебя верю. Ладно, держи меня в курсе. И… Юль?
— Мм?
— Если он тебя сделал счастливой… то, наверное, не всё так плохо.
Подруги хихикнули — нервно, но уже с облегчением. Попрощались. Юлия положила трубку и почувствовала, что на душе стало легче.
Следующим позвонил Олег. Юлия взяла трубку спокойно, без претензий.
— Привет, — сказал он. Голос был виноватым. — Юль, извини за вчера. Я не предупредил, что в бар собираюсь. Просто ребята позвали, как-то само собой…
— Ничего страшного, — ответила Юлия ровно. — Я не обижаюсь.
— Точно? — он удивился. Обычно она в таких случаях устраивала сцены.
— Точно. Отдыхай, Олег. Всё хорошо.
— Ну… ладно. Целую.
— И я тебя.
Она положила трубку и почувствовала странную пустоту. Ни злости, ни обиды, ни любви. Только равнодушие.
Затем она машинально зашла в социальную сеть и увидела уведомление — Рома добавился в друзья. Юлия замерла на секунду, потом нажала «принять», но сразу же перевела его в скрытые друзья — чтобы никто не видел. Сердце колотилось как бешеное.
Через минуту пришла лавка — на её недавнее фото в бикини, с прошлого отпуска. Рома написал: «Вам очень идёт бикини. Почему вы не надевали его на пляж вчера?»
Юлия покраснела, отложила телефон, потом взяла снова. Пальцы дрожали, когда она печатала: «В лагере это неуместно. Тут кругом дети».
Ответ пришёл мгновенно: «Дети будут только рады полюбоваться такой красавицей 😉 Наденьте завтра. Пожалуйста».
Юлия кусала губы, раздумывая. Наконец написала: «Подумаю» — и поставила смайлик. Сама не узнавала себя.
девушка в поезде