Он ушёл. Дверь захлопнулась, и мы остались в квартире вдвоём.
Я стоял в коридоре, прислонившись спиной к стене, и смотрел на Киру. Она поправляла скатерть на кухонном столе, хотя скатерть и так лежала идеально. Её движения были слишком суетливыми, слишком быстрыми. Она избегала моего взгляда.
В моей голове крутился немой вопрос. Один. Короткий- «Зачем?»
— А кто ещё поможет? - сказала Кира, словно прочитав мои мысли. Она наконец подняла голову и посмотрела на меня. В её глазах не было вызова. Только какая-то тихая, упрямая уверенность. - Он же к нам обратился.
— Да, - кивнул я, чувствуя, как слова застревают в горле. - Но мы не обязаны.
— Вот так все говорят, - Кира вздохнула и провела рукой по волосам. - «Не обязаны, не обязаны». А по итогу - посмотри, сколько таких по двору шастает. Никто не хочет помогать им. Потом удивляемся, почему у нас вокруг одни алкаши и наркоманы.
Я замолчал. В её словах был смысл. Был. Но после того, что с нами произошло недавно, её рвение к этим... к этим насильникам выглядело, по меньшей мере, странно. Пугающе. Как будто она не помнила. Или помнила, но что-то замкнуло у неё в голове, и теперь она видела в них не чудовищ, растерзавших её тело, а несчастных заблудших овец, которых нужно спасать.
Кира взяла телефон с тумбочки и начала листать контакты. Нашла нужный номер, нажала вызов. Я слышал, как она говорит с подругой, с Ленкой, кажется, муж которой недавно закодировался от алкоголизма. Задавала вопросы про клинику, про врача, про стоимость, про процедуру. Говорила быстро, деловито. Я отвернулся. Мне нужно было отвлечься.
Я сел за компьютер и продолжил заполнять эту дурацкую карточку товара. Массажное кресло. Чёрт бы побрал эти кресла. Они были повсюду. В моей голове. В моих снах. В моих кредитах. Теперь еще и в карточках товаров на маркетплейсах. Я печатал характеристики, размеры, вес, материал обивки, количество программ массажа, уровень шума. Цифры плыли перед глазами, строчки сливались в одно серое пятно.
Я ругал себя. За необдуманный поступок. За то, что послушался дядюшку Ли, который уговорил купить товар в серую, без контракта, без растаможки, по знакомству. «Дешевле будет, Дима, друг. Гораздо дешевле. Ты же бизнесмен, ты должен экономить». Я экономил. Теперь не мог ничего предъявить, если товар пропадёт. Ни страховки, ни компенсации, ни даже права на жалобу.
Но с другой стороны, при банкротстве это было преимуществом. Никто не знал о наличии у меня такого актива. Ни налоговая, ни приставы, ни кредиторы. Товара не существовало для мира. Только для меня. И если всё пройдёт как надо, если таможня наконец отпустит груз, если транспортная компания довезёт в целости, если клиенты не откажутся от предзаказов, я получу очень хорошую сумму.
Я иногда уже смирялся с возможностью оставить эти кресла на границе. Навсегда. Подарить их государству, таможенникам, кому угодно. Просто чтобы не мучиться. Но потом вспоминал предзаказы. Обещание было дано.
Тем не менее, низкая стоимость и хорошая функциональность этих кресел позволили мне набрать приличное количество предзаказов. И если товар не застрянет, я смогу его быстро реализовать.
С такими мыслями я закончил оформление карточки и нажал кнопку «опубликовать». Товар улетел на очередной маркетплейс, в огромный цифровой океан, где его увидят тысячи, может быть, десятки тысяч людей. Где-то там, среди пикселей и алгоритмов, лежало моё будущее.
Кира уже стояла рядом, за моим плечом. Я не заметил, когда она подошла. Она рассказывала мне, куда надо ехать завтра с утра. Название клиники, улицу, ориентиры. Я видел её энтузиазм, глаза горят, щёки розовые, голос звонкий
Первый раз с парнем на море