Они сидели, опустив глаза, и ждали. Ждали, когда я уйду. Я взял ключи от квартиры с тумбочки у двери. Кира стояла рядом, провожала меня взглядом. Я вышел. Дверь за мной закрылась.
В голове был шум. Гулкий, пульсирующий, как будто внутри меня работал тяжёлый механизм. Сердце гоняло кровь так быстро, что стучало в висках. И в паху тоже стучало, набухший член давил на ширинку, требуя выхода.
Я не знаю, что на меня нашло. Это был не я. Настоящий я, здравомыслящий, ответственный муж, отец, бизнесмен, никогда бы не сделал такого. Никогда бы не оставил жену одну с двумя мужиками, которые её уже насиловали. Никогда бы не включил диктофон, чтобы подслушивать.
Но вернуться я не мог. Часть меня, самая тёмная, самая запретная, жаждала узнать правду. Жаждала услышать, что произойдёт. Жаждала вновь пережить ту ночь, но уже в контролируемых условиях. Я шёл медленно. Не спешил. Спустился по лестнице, вышел из подъезда. Прошёл мимо магазина, свернул за угол. Алкомаркет был открыт, яркая вывеска горела в темноте, зазывая прохожих.
Внутри я купил бутылку красного полусладкого. Дешёвого, на скорую руку. Расплатился картой, сунул бутылку в пакет. И пошёл обратно. Вся дорога заняла сорок минут. Я смотрел на часы каждые две минуты. Представлял, что происходит там, в квартире. И так хотел, чтобы это были только фантазии. Чтобы ничего не случилось. Чтобы я пришёл и всё было как прежде.
Наконец я поднялся на свой этаж. Замер перед дверью, прислушался. Тишина.
Дверь открыла Кира. Я смотрел на неё внимательно, изучая каждую деталь. Платье на месте. Волосы чуть растрепаны, но это могло быть от вина. Губы, помада чуть стёрта, но тоже ничего необычного. С виду всё было как обычно.
— О, Димон, - увидев меня. - Ты что так долго!
Я вошёл в квартиру. В нос ударил запах готовки, вина, духов Киры. И ещё чего-то. Непонятного, но знакомого. Кисловатого, чуть солоноватого. Я не мог определить, что это, но узнал его. Он висел в воздухе тонкой, едва уловимой пеленой.
Саня и Миша сидели за столом на тех же местах, где я их оставил. Казалось, что с того времени, как я ушёл, они не притронулись к еде. Даже чай в их стаканах был на том же уровне, почти полный. Я отогнал мысли. Возможно, я сам придумывал. Дорисовывал в своей уже, как мне казалось, испорченной голове то, чего не было. Но наравне с этими мыслями приходили и другие, которые говорили: «Посмотри вокруг. Всё в порядке. Сядь. Выпей вина. Успокойся».
Я сел. Мы выпили ещё. Я снова потянулся рукой, делая вид, что хочу взять салфетку, и незаметно забрал свой телефон из-за шторы. Мельком глянул на экран.
Запись длилась. Чуть больше часа. Сорок минут, пока я бродил, и ещё двадцать, пока сидел за столом. Я нажал кнопку «стоп». Экран погас.
Я сунул телефон в карман. Там была вся правда. На тот момент он был дороже мне всего на свете.
Мы допили вино. Гости ушли. В коридоре они ещё долго благодарили нас с Кирой, жали руки, хлопали по плечам, обещали, что не подведут. Саня особенно долго задержался, глядя на Киру. Она улыбалась ему мягко, устало, почти по-матерински.
— Спасибо вам, - повторил он несколько раз. - Вы нас спасли.
Потом дверь закрылась, и мы остались одни.
— Я уберу утром, - сказал я. - Иди спать.
Кира кивнула, зевнула и побрела в спальню. Я слышал, как она разделась, как зашуршала простыня, как она вздохнула и затихла. Через пять минут её дыхание стало ровным, глубоким.
Я только делал вид, что сплю. Лежал на спине, смотрел в
Взорванный свет или Максим и Маргарита. Часть 1