завербовал Эмбер в «Кукольный дом», меня освободили от обязанностей уборщика, и я стал вышибалой в клубе. В основном проблем не возникало, но раз или два в неделю кого-то или даже нескольких человек приходилось физически выгонять из клуба. Я был парнем здоровым и давно научился вести себя в конфликтных ситуациях, так что работа была совсем неплохой. Самым сложным для меня было привыкнуть к костюму и галстуку.
Сначала я работал только в главном зале. Все знали, кто моя мама, но, кроме комментариев о её феерических сиськах, никто меня на этом не подъебывал. Дело не в том, что мои коллеги были особенно внимательными и чувствительными пацанчиками, но все они знали, что у Тони с ней особые отношения, и боялись его чем-либо обидеть.
Для вышибалы я зарабатывал неплохие деньги. Работа и так хорошо оплачивалась, но я получал, хе, авторские отчисления и за пизду Эмбер и за пизду моей младшей сестры. Реджи, она же Бриана, нечасто бывала в клубе, потому что было слишком опасно, если попасть под облаву. В основном она ходила в отели и другие заведения за пределами клуба, но почти каждую ночь была дома, так что я мог видеться и трахаться с ней в те вечера, когда мы оба были дома, а мама после закрытия куда-то уезжала, зарабатывая деньги для Тони.
Внезапно Реджи каждое утро стало тошнить. Я не знал, что с ней не так, но вот мама догадалась сразу. Как только она мне рассказала, в чем проблема, первой моей мыслью было, что ей придется на время бросить проституцию, и мой доход заметно снизится. Второй мыслью было : что сделает Тони? Я вообще-то ожидал, что он пошлет ее к какому-нибудь своему врачу, но этого не произошло; все оказалось совсем не так. Тони воспринял все спокойно, и первое, что я заметил, так это то, что мой доход вдруг вырос. Похоже, есть много мужчин, которые с удовольствием заплатят большие деньги за час-другой ебли с беременной тинейджеркой. Более того, чем больше рос ее живот, тем больше на нее было спроса. Я также обдумал возможность того, что я могу быть отцом. Никто, кроме моей школьной тусовки, не знал, что я с ней трахаюсь, а я сам не собирался рассказывать ни маме, ни Тони, что мы с сеструхой регулярно ебались без всякой защиты.
Пока живот Реджи, ожидающего мою будущую «племянницу», увеличивался, Тони переводил меня с одной работы на другую. Он всегда оставлял меня на одной работе достаточно долго, чтобы я её освоил, прежде чем перевести на другую работу в клубе. Работая вышибалой в VIP-комнате, я довольно часто видел, как мама тёрлась голой грудью о лицо очередного парня, пока тот ласкал языком ее сосочки и мял её задницу. Я к этому довольно быстро привык, помня, что в клубе она была Эйприл, а не моя мама, Дженнифер. Дома она продолжала соблюдать скромность и никогда не расхаживала по дому без хотя бы халата.
С той работы меня перевели в службу безопасности, где я следил за тем, что происходило внутри клуба, а также снаружи, на парковке. В главном зале клиент мог получить интимную связь только за пределами клуба, лично договорившись с девушкой о свидании после закрытия. В VIP-комнате всё было иначе... там достаточно было договориться о деньгах (наличными или кредиткой) и отвести выбранную девушку наверх, в одну из маленьких комнат для секса. В службе безопасности всё работало так: на экране появлялось имя проститутки и номер комнаты. Переключившись на эту комнату, можно было увидеть всё, что там происходило,
Репетиция медкомиссии