— Думаю, если мы с тобой правильно разыграем карты, мы сможем не только представить, — поддразнила мама. Она довольно сильно толкнула Мари, скатывая её с меня.
— Эй! — заныла Мари. — Мне было там удобно.
Мама улыбнулась.
— Ты любишь моего мальчика, Мари?
Тётя Мари надулась.
— Что за глупый вопрос.
Мама посмотрела тёте в глаза, затем демонстративно повернула голову и посмотрела на мой член.
— Докажи. Обожай его.
— Сейчас? — ответила тётя Мари, глядя на липкий беспорядок.
— Если ты не сделаешь, я сделаю. Я дам ему понять, насколько лучше материнская любовь. Полная, безусловная, без ограничений.
Она наблюдала за сестрой несколько секунд, затем пожала плечами и начала двигаться вниз.
Тётя Мари быстро спустилась к изножью кровати.
— Нет, нет, я могу. — Она устроилась между моих ног, деликатно держа мой полутвёрдый член двумя пальцами. Я видел, как её взгляд метался между мной, мамой и моим членом.
Мама спустилась к ней, обнимая её.
— Давай я помогу начать.
Она забрала мой член у сестры, открыла рот и втянула его. Весь, целиком. Она медленно отстранилась, и большая часть беспорядка исчезла. Мама хихикнула.
— Я почувствовала на члене моего мальчика вкус очень грязной девочки.
Мама всё ещё держала мой член.
— Он всё ещё прекрасен, правда, Мари? Потенциал. Просто зная, что с небольшим усилием мы можем снова сделать его большим, и он сможет нас любить.
Мама уткнулась лицом в мои лобковые волосы, тёрлась щекой о мой член.
— Я люблю эту штуку.
Она отстранилась, освобождая место для моей тёти.
— Разве он не был хорош для тебя? Дай ему понять, что ты ценишь его усилия.
Лицо тёти Мари приблизилось к моему члену. На её лице была нервная улыбка.
— Он был очень хорошим мальчиком.
— Покажи ему это, Мари.
Она поцеловала головку.
— Очень хороший мальчик, — прошептала она. Её губы медленно оставляли поцелуи вдоль ствола. — Занятой мальчик, да? Удовлетворяющий двух женщин. — Я увидел лёгкую улыбку на её лице, когда он дёрнулся.
— Тебе это нравится? Знать, что у тебя две женщины, большой мальчик? Шаловливые сёстры, которым нужно много внимания. Я бы спряталась, будь я тобой, потому что мы собираемся тебя использовать на полную. — Она взяла головку в рот, дразняще посасывая.
Я чувствовал, как член набухает, и она хихикнула.
— Не боишься? Мы будем злыми. Будем держать его твёрдым вечно. Сделаем каменным и никогда не дадим кончить. — Она наклонилась вперёд и поцеловала основание, убирая немного беспорядка, который ускользнул от маминых первоначальных усилий.
— Нам нужно тебя почистить. Сделать тебя безупречным и идеальным. — Её язык обвёл основание, на секунду переместился к моим яйцам, затем вернулся к стволу. — Ммм, ты такой грязный на вкус. Тут соки двух очень возбуждённых девочек.
Она снова пососала у меня, просто, покачивая головой вверх-вниз, прежде чем отстраниться.
— Бойся, маленький Джереми. Очень бойся. Ещё чуть твёрже, и мы начнём играть по-настоящему. — Она тёрлась лицом о мой член, закрыв глаза. — Ты ведь хочешь меня, правда, большой парень? Я знаю, что хочешь. Я… я тоже тебя хочу.
Хуй был твёрд, но не безумно. Мама подтолкнула сестру.
— Покатайся на нём секунду, сестрёнка.
Тётя Мари с энтузиазмом забралась на меня и устроилась над моим членом.
— Чёрт, это так приятно.
После всего нескольких движений мама оттолкнула её.
— Хватит, Мари. — Тётя Мари слезла, и мама снова размахивала моим испачканным членом. — Можно мне, или ты хочешь?
Тётя Мари всё ещё немного колебалась.
— Ты первая?
Мама хихикнула.
— Это грязно, знаешь ли. Заставлять меня пробовать тебя на нём. — Это не
Негодяи. Часть 2