Следующее занятие она назначила. Алексей подтвердил: «Буду».
Накануне вечером она стояла перед зеркалом в спальне. Достала из шкафа тонкий свитер крупной вязки - свободный, с широким вырезом. Надела, посмотрела. Вырез садился так, что при определённом наклоне открывал ключицы и верхнюю часть груди. Под свитер она надела бельё - не то, что обычно носила дома: гладкое, без кружева, телесного цвета, плотно облегающее. Она не стала объяснять себе, зачем.
Потом сняла свитер и повесила обратно. Надела обычную домашнюю футболку. Села на край кровати.
Алексей пришёл ровно к началу. Серая куртка, тёмная футболка под ней, портфель через плечо. Поздоровался спокойно, разулся у двери, прошёл к столу.
Екатерина сидела на диване. Сегодня - не шорты, а мягкие домашние брюки и тот самый свитер крупной вязки. Она чувствовала, как вырез слегка сползает, когда она наклонялась к распечаткам. Не поправляла.
Занятие началось как обычно. Новый текст - короткая статья о том, как цифровые привычки меняют восприятие длинных текстов. Алексей читал молча, потом отложил лист.
— Готов?
— Да.
Он пересказал. Снова лучше, чем раньше - ровно. Структура, связки, пара удачных синонимов. Екатерина кивала, изредка подсказывала слово, когда он заминался. Один раз он использовал выражение «attention span» - правильно, в нужном контексте. Она отметила это вслух.
— Хорошо. Это выражение многие путают с «concentration». Ты почувствовал разницу?
— Да. Attention span - это про ёмкость. Сколько человек может удерживать. А concentration - про усилие.
— Точно.
Она подвинула листы с вопросами по тексту. Алексей ответил на первые три без пауз. На четвёртом - о том, меняется ли само чтение или только привычка к нему - задумался.
— Я думаю, меняется и то, и другое, - сказал он. - Привычка меняет то, как мозг обрабатывает. Не сам текст, а способ.
— Это интересная мысль. Можешь развернуть?
Он развил. Не блестяще, но логично. Екатерина слушала и одновременно отмечала, как он сидит - чуть подавшись вперёд, локти на столе, пальцы переплетены. Спокойный. Собранный.
Когда он закончил, она наклонилась к столу, чтобы перевернуть лист с вопросами. Свитер сдвинулся. Она знала, что вырез открыл верхнюю часть груди - не полностью, но достаточно. Выпрямилась медленно.
Алексей смотрел на лист. Потом его взгляд поднялся - коротко, на секунду - и вернулся к тексту. Кончики пальцев левой руки слегка шевельнулись на столе.
Екатерина откинулась на спинку дивана. Вытянула ноги, положила стопу на край стола. Брюки натянулись на бедре. Она не двигалась.
— У тебя хорошо получается выстраивать аргумент, - сказала она. - Это не про язык, это про мышление. Язык подтянулся.
— Спасибо.
Он посмотрел на неё. Не коротко, как раньше, - на пару секунд дольше. Серые глаза, спокойное выражение. Она не отвела взгляд.
Тишина длилась три или четыре секунды. Потом он снова опустил глаза к листам.
Екатерина встала, подошла к окну. За стеклом - серый двор, деревья без листьев, детская площадка. Она стояла спиной к нему.
— Я хотел спросить, - сказал он за её спиной.
Она обернулась.
— Да?
— Вы пойдёте на конференцию?
— Подумаю. Меня больше интересуют доклады про индивидуальные траектории. Это близко к тому, как я работаю.
— Я посмотрел расписание. Там есть панельная дискуссия в последний день. Про границы методики.
— Ты посмотрел расписание?
— Да. После того, как нашёл объявление.
Он сказал это ровно, без вызова. Просто факт. Она не стала спрашивать, что его там заинтересовало.
Она вернулась к дивану, но села не на своё место, а ближе к нему - на середину дивана, рядом со стулом, где он сидел. Обычно она держала дистанцию - стол, диван, пространство между. Сейчас она села так, что её колено
Игрушка старшеклассников (продолжение "Переломного уикэнда"). В школьном туалете (продолжение)