— прохрипел он, начиная двигаться. — Соси, сука. Соси лучше, чем в прошлый раз. Покажи своему сыночку, какая ты умелая шлюха.Тоха тем временем устроился сзади. Он раздвинул ее ягодицы, обнажая волосатую пизду и сморщенный анус, и смачно плюнул на них. Его слюна потекла по промежности Натальи, смешиваясь с остатками мочи.
— Смотри, какая грязная дырка, — прокомментировал Тоха, размазывая слюну по вульве Натальи. — Волосатая, страшная, небось, немытая. А мы ее сейчас будем драть. Из жалости. Потому что больше никому такая старая корова не нужна.Он снова плюнул, на этот раз целясь прямо во вход во влагалище, и начал втирать слюну пальцем, грубо, без всякой подготовки.— Сынок, держи ее крепче, — бросил он Ивану. — Сейчас я буду входить, а она, сука, начнет дергаться. Не давай ей вырываться.Иван кивнул, сильнее сжимая запястья матери.
Тоха приставил головку своего длинного, тонкого члена к входу во влагалище Натальи и, не церемонясь, вошел одним резким толчком. Наталья закричала, но крик заглушил член Сереги, который все еще был у нее во рту. Ее тело дернулось в руках сына, но Иван держал крепко, не давая вырваться.— О, да! — выдохнул Тоха, начиная двигаться. — Все такая же узкая, сука! Как в прошлый раз! Только теперь мы тебя будем драть всю ночь. И сынок твой будет смотреть. И кончать на тебя, пока мы тебя наполняем.Серега, не вынимая члена изо рта Натальи, повернулся к Ивану.— Эй, пацан, — прохрипел он. — Хочешь плюнуть своей мамаше в рот?
Иван, не прекращая удерживать запястья матери одной рукой, наклонился вперед. Его лицо оказалось прямо над лицом Натальи, искаженным от унижения, с торчащим изо рта толстым членом Сереги. Он набрал слюны и смачно плюнул матери прямо в открытый рот, целясь на язык, который беспомощно метался вокруг чужой плоти.— Вот так, мам, — прошептал он, и его голос дрожал от возбуждения. — Принимай. Ты же любишь, когда тебя унижают. Ты для этого и создана.Серега одобрительно заржал и снова задвигался во рту Натальи, теперь еще быстрее и грубее. Тоха сзади наращивал темп, его яйца звонко шлепали по мокрым от мочи и слюны бедрам Натальи.
— Давай, сука, кричи громче! — рычал Тоха, вколачиваясь в нее сзади. Его пальцы впились в ее плоскую задницу, оставляя красные следы. — Пусть соседи слышат, как тебя дерут! Пусть знают, какая ты шлюха!Серега вынул член из ее рта, давая ей возможность закричать, и Наталья зашлась в истеричном вопле. Ее голос сорвался на визг, когда Тоха вошел особенно глубоко, доставая до самой шейки матки.— Пожалуйста! — кричала она, захлебываясь слезами и слюной. — Хватит! Я не могу больше! Ваня, останови их! Умоляю!Но Иван только сильнее сжал ее запястья и снова плюнул ей в лицо.
— Заткнись, мам, — прошипел он, и его глаза горели безумным огнем. — Ты же слышала, что сказали дяди. Радуйся, что тебя вообще кто-то ебет. Старая, страшная, с отвисшими дойками. Кому ты еще нужна? Только нам. Твоей семье.Серега, услышав это, одобрительно хмыкнул и снова вогнал член в рот Натальи, заставляя ее замолчать. Тоха продолжал долбить ее сзади, его длинный член входил и выходил, блестя от ее соков и его слюны.— Я сейчас кончу, — прохрипел Тоха, ускоряя темп. — Прямо в твою волосатую пизду, сука. И если у тебя правда овуляция, ты залетишь. От меня. Или от Сереги.
Серега, услышав это, вынул член изо рта Натальи и грубо схватил ее за подбородок, заставляя смотреть на него.— Слышишь, сука? — прорычал он, и его
Согласилась!