что изменяет с сыном. Павлик приезжал почти каждый день. Под предлогом — помочь с братом, погулять с коляской, купить что-то. Виктор не возражал. Ему нравилось, что сын такой заботливый. Он даже говорил Саре:
— Смотри, какой Пашка вырос. Ответственный. Помогает. Хороший парень.
Сара кивала и улыбалась. А ночью, когда Виктор засыпал, она лежала без сна и думала о том, что их ложь стала слишком большой. Что рано или поздно всё откроется. И что тогда?..
Но дни шли за днями, и ничего не открывалось. Виктор уехал в очередную командировку, когда Мише было три месяца. Павлик переехал к маме на время. Точнее — стал оставаться на ночь. Сначала на диване в гостиной. Потом — в её постели. Они занимались любовью тихо, чтобы не разбудить Мишу. И это было даже острее, чем раньше. Сара чувствовала, как её тело отзывается на него, как оно ждёт его члена. Он был молодым, страстным, и знал её тело лучше, чем кто-либо. Он знал, где нажать, где лизнуть, где замедлиться, чтобы она закричала в упоительном оргазме.
— Ты моя, — шептал он ей в темноте. — Ты только моя.
— Твоя, — отвечала она. — И ты только мой.
Миша спал в своей кроватке. За окном шёл дождь. А в этом доме было тепло и тихо, и Сара впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему счастливой.
Решение пришло не сразу. Сара долго думала, взвешивала, боялась. Но однажды ночью, когда Павлик спал рядом, а Миша тихо сопел в кроватке, она поняла: так дальше нельзя. Нужно уезжать. В другую страну. Где их никто не знает. Где они смогут жить спокойно. Она сказала Виктору, что хочет уехать на год в тёплую страну — «ради здоровья Миши, ради климата, ради того, чтобы немного отдохнуть». Он удивился, но не стал спорить. Он любил её и хотел, чтобы она была счастлива.
— А как же работа? — спросил он.
— Я возьму удалёнку. А ты будешь приезжать. Раз в месяц. Или как получится у тебя самого.
Виктор согласился. Он всегда соглашался, когда она просила. Павлик оформил международную стипендию в университете Таиланда — благо, связи отца и его собственные успехи в учёбе позволяли. Он должен был уехать через месяц после Сары. Официально — учиться. На самом деле — быть с ней... С ней и с Мишей. И помогать во всём.
Квартиру в Москве они оставили на Виктора, который между командировками, оставался там. Он не знал, что его сын и его жена уезжают, что бы жить вместе. Он думал, что Павлик просто нашёл хорошую программу, для совершенствования в учёбе. Отец гордился сыном.
Бангкок встретил их жарой, влажностью и запахом цветущих деревьев. Сара сняла небольшой дом с садом на окраине города. Здесь было тихо, зелено, и Миша спал спокойно. Павлик приехал через месяц. Он вошёл в дом, обнял её, взял Мишу на руки и закружил по комнате.
— Мы здесь, — сказал он. — Мы вместе.
— Да, — ответила Сара. — Мы вместе.
Они жили как семья. Днём Павлик учился, Сара работала, Миша рос. Вечерами они сидели на веранде, пили вино или сок, смотрели на закат. Иногда к ним приезжал Виктор. Он оставался на неделю, гулял с Мишей, спал с Сарой. Она не отказывала ему — это было частью их договора. И это было честно и очень даже приятно для обоих. Но когда он уезжал, приходил Павлик. И всё возвращалось на круги своя. Они занимались любовью на веранде, в бассейне, в спальне. Они не боялись, что кто-то узнает. Здесь их никто
Света. Три девицы.