максимальную глубину, делая несколько дико глубоких и грубых движений и спуская... в матку. "Опяяяяять. Сколько же в нём спермы."
Когда последний фонтанчик семени завершил своё действие внутри переполненного животика, Петька прикусил её за ушко и плавно вышел. Правда, не с первого раза. Когда он вытаскивал первый раз, ему так понравилось, что вернулся до конца. И так раза три, пока Сара не прошипела, что сын может заподозрить. Только услышав о друге, он наконец ушёл из душа, а потом через задний ход вышел из дома. Саре же оставалось только одно — нацепить привычную улыбку, спокойствие, одеться в тёплую пижаму и открыть сыну с парадной.
Сын был взволнован и сетовал на то, что так давно здесь не был. На него нахлынули эмоции. Он вспомнил фотографии, где тут в совсем крохотном виде его кормили из бутылочки, а потом качали на руках и играли в разные игры. И вот тут уже у Сары в голове что-то щёлкнуло. Она кормила сына грудью не так долго, но это были прекрасные времена. Грудь никогда не получала такой ласки, даже от мужа, фетиш которого в целом строился вокруг её сисек и попки. После каждого кормления она шла к мужу и просила секса. Муж счастлив, она счастлива! Сын доволен. Когда кормление закончилось, она долго испытывала недостаток ласки в этой зоне, и муж быстро научился сосать грудь как ребёнок.
С учётом того, что в ней вероятно в этот момент уже зарождалась новая жизнь, она понимала, что впереди гормональные сбои и... вот один кажется наступил. Сара взяла сына за руки и увела на чердак. Там лежали старые альбомы с фото. Такие фото, которые отражали внутреннюю атмосферу семьи и которые не выложишь на публику.
— Паш, я тут подумала. Ты ведь взрослый уже? Значит, пора посмотреть на фото не с бутылкой... а с грудью мамы. — На этих словах она загадочно кивнула сыну и достала альбом номер девять. Этот альбом был для всех обнажённых фото, связанных с процессом материнства. Тут были фото, где она держала младенца на голом теле, где кормила грудью. Самая мощная и возбуждающая фотография была такой: сын самозабвенно сосёт грудь, а рука мужа видна в кадре и лежит в зоне, над её промежностью.
— Мааам... это что же... я уже с детства знал, что такое секс? — сначала Павел пытался иронизировать, но крайне быстро пролистывая фото, понял, что его они возбуждают. А когда увидел последнее, так вообще стал поправлять штаны.
— Да, милый. Все дети знают невольно... Кстати, как думаешь, моя грудь с тех пор сильно испортилась? — И пижамная футболка слезла с плеч, оголяя грудь, красивую и изнеженную за эту ночь.
— Мааам... это кажется в порнухе инцестом зовут.
— Это не с порно началось, а с того, что история человечества состоит из огромного числа браков и связей, основанных на инцесте.
— Да, я проходил историю... и читал про дочерей Лото.
— Тогда ответь матери на вопрос, не умничай.
Паша с серьёзным видом взял фотографию из её руки и стал сравнивать грудь сейчас и тогда.
— Со всей уверенностью — на вид грудь стала только лучше.
— А как же на ощупь?
— Маааам... откуда я знаю, какая она была? Я был крохой.
— Тебе подскажут руки... давай...
— Хорошо...
Сосредоточившись, её собственный сын принял решение не отказывать матери, а воспользоваться случаем. Он без тени сомнения склонился над левой грудью, открыл губы и поглотил один из сосков, начиная задумчиво и также, как в детстве, самозабвенно поглощать сисю. У Сары внутри всё разрывалось от нежности. Потому она
Гарри Поттер, Драко Малфой и рабыни Хогвартса (глава 1)