ведет себя как настоящая задница – держу пари, он заплатил за него слишком много.
Я улыбнулась ей:
— Без обид, Рейн, но я искренне на это надеюсь.
Я не думал, что Кристи так уж впечатлят его деньги. В своей профессии она регулярно имеет дело с огромными суммами.
Кори вручила каждому из нас по бокалу шампанского, когда мы присоединились к ним, и мы выпили за успех их деловой сделки. Я собрался с духом и попробовал его – было не так уж и ужасно. Я решил, что если кто-то собирается связать меня и заставить пить шампанское, то я, вероятно, смогу это переварить. Я ценю хорошее вино, но никогда не понимал, в чем привлекательность шампанского.
Я допил свой бокал и заметил, что Кристи делает то же самое. Она разделяет мои чувства. Две бутылки быстро исчезли среди остальных четырех, и мы постепенно собирались закончить вечер и отправиться домой. Я увидел, как глаза Ронни широко раскрылись, когда он посмотрел на счет, и толкнул Рейн. Мы посмеялись над ним. Он посмотрел на нас и покачал головой, понимая, что его провели, но добродушно улыбнулся.
Морган и Рейн остановились в одном из больших отелей в центре города, но Рон и Кори забрали их по дороге и собирались отвезти обратно в отель. Я передал свой талон одному из парковщиков, а Ронни – другому, и мы стояли и болтали, пока я не услышал, как моя Шелби завелась у входа и с грохотом подкатила к нам под навес.
Парковщик вышел и оставил мою дверь открытой, двигатель тихонько урчал на холостом ходу. Морган оживился, глядя на мою машину:
— Эта Шелби – оригинал, не подделка?
Я заверил его, что это так.
— Полностью оригинальный, Морган, 428 Кобра, 1967 год.
— Она прекрасна, ты должен позволить мне сесть за руль.
Я бы не позволил ему сесть за руль и трезвым, но а в нетрезвом состоянии он ни за что не сядет за руль.
— Извини, приятель, это моя машина, не прокатная, и никто на ней не ездит.
— Тогда продай мне ее – сколько она стоит, 100 000 долларов?
Ну и мудак! Он решил, что на его деньги можно купить все, что угодно. Кристи вмешалась, прежде чем я успел ответить, её деловой инстинкт взял верх.
Она хлопнула его по руке:
— Морган, это, пожалуй, стоит вдвое больше, или около того.
Я присоединился к возгласу:
— И кроме того, это не продаётся.
Он не сдавался:
— Хорошо, тогда 200 000 долларов. Я дам тебе 200.
— Извини, парень, не продаётся.
Я старался быть вежливым, я, правда, не хотел испортить сделку Ронни, но это было непросто. Мне хотелось врезать этому парню.
Он попытался снова:
— 250 000 долларов, смотри, не упусти такой шанс. Да ладно, ты же знаешь, что хочешь продать.
Я заметил, как глаза парковщика немного расширились от удивления, когда он называл эти цифры. Я дал ему щедрые чаевые за то, что он присмотрел за моей машиной.
Мне, конечно, следовало бы рассмотреть предложение Моргана. Четверть миллиона – это для меня серьёзные деньги, больше, чем текущая стоимость машины, и от любого другого человека я бы их принял. Но этот парень мне просто не понравился.
— Нет, извини, не продаётся. Я не могу воспользоваться тобой, когда ты пьян.
Он схватил меня за руку:
— Ну же, бери 250 и радуйся. За эти деньги можешь купить еще одну.
Я выдернул руку из его хватки:
— Какое удивительное совпадение – ты тоже можешь.
Он рассмеялся. Я не хотел, чтобы это было смешно.
— Хорошо, я вижу, что ты принял решение. Без обид. Хотя бы прокати меня немного.
Письмо любимой