пальцам. Потом ещё раз. Собрала с другой щеки. С подбородка. С носа. И снова в рот.
— Вы даже не представляете, — сказала она, глядя на нас. — Это самое вкусное, что я пробовала.
Мы засмеялись. Я и Колян. Сидели на стульях, голые, с обмякшими членами, и смотрели на неё. Она была похожа на кошку, которая дорвалась до сливок. Довольная. Сытая. И всё ещё голодная.
Она подпевала музыке, играла что-то ритмичное. Она качала головой в такт. Сперма на её лице блестела в свете лампы.
— Начало хорошее, — сказала она. — Но вам ещё всё впереди.
Она встала. Покачиваясь. Налила себе ещё коньяка. Выпила. Посмотрела на нас.
— Вам придётся сегодня постараться, — сказала она. — И хорошенько поработать.
— Конечно, мы сегодня вас всю попробуем — сказал Колян.
— Вот я понимаю настрой, молодец Коля
Она стояла голая, в спущенном платье, вся в сперме, и улыбалась. В её глазах горел тот самый огонь. Тот, который я уже знал. Она не собиралась останавливаться. И мы тоже.
Секретарша