Когда они уселись на деревянные полки, охваченные жаром и смущением, она медленно потянула за пояс халата. Шёлк соскользнул с её плеч и упал на пол. Под ним не было ничего.
Они замерли. Воздух перестал поступать в лёгкие.
Её тело было именно таким, каким она описала: стройным, почти хрупким, с маленькими, но упругими грудями с тёмно-розовыми, налитыми сосочками. А ниже, в треугольнике между бёдер, ярко рыжела аккуратная, огненная полоска волос. Контраст со светлой кожей и блондом на голове был вызывающим, непристойным.
– Вам жарко? – тихо спросила она, проводя ладонями по своим бокам, чуть касаясь пальцами рёбер. – А мне... о-очень.
Это был не танец, а медленная, сладострастная пытка. Она двигалась под тихую музыку, доносившуюся сверху, вращая бёдрами, запрокидывая голову, позволяя им видеть всё: как напрягаются мышцы её живота, как капельки пота стекают по ложбинке между грудями, как дрожит рыжее пятнышко на её лобке. Она касалась себя, скользя пальцами по шее, груди, животу, и каждый раз её пальцы лишь на мгновение останавливались у входа, прежде чем продолжить свой путь. Её стоны, тихие и прерывистые, смешивались с шипением раскалённых камней.
У Вити, Миши и Андрея перехватило дыхание. Их члены, несмотря на всю робость, напряглись и встали, неприлично выпирая, каждый со своим характером: длинный и тонкий у Вити, толстый и коренастый у Миши, аккуратный и прямой у Андрея.
– Вы такие напряжённые, – наконец сказала она, прекращая движение и подходя к ним вплотную. Жар от её тела был сильнее жара сауны. – Вам нужен... массаж.
Она легла на живот на принесённый из угла матрас, и её спина, гибкая и бледная, с каплями пота, застыла перед ними как приглашение.
– Кто первый? – прошептала она, повернув голову и глядя на них влажными, тёмными глазами.
Первым поднялся Витя. Его пальцы, сначала неуверенные, коснулись её лопаток. Потом сильнее. Он растирал её кожу, чувствуя под пальцами каждый позвонок, каждый мускул. Миша присоединился, взяв для себя её ноги. Его сильные руки разминали икры, бёдра, ягодицы, и от его прикосновений Лина тихо постанывала, прижимаясь тазом к матрасу. Андрей, всё ещё не решаясь, просто гладил её влажные волосы.
Но это была лишь прелюдия. Перевернувшись на спину, Лина взяла руку Миши и прижала её к своей груди.
– Вот здесь... тоже нужно, – выдохнула она.
Массаж превратился в вольную, грубую ласку. Они мяли её груди, щипали соски, провели ладонями по её животу. Их дыхание стало тяжёлым, звериным. Страх уступил место азарту.
– Хватит, – внезапно сказала Лина и села. Её глаза метали огонь. – Теперь я.
Она толкнула Витию на спину на матрас и, не говоря ни слова, накинулась на него. Её губы обхватили его член, и он вскрикнул от неожиданности, впиваясь пальцами в её волосы. Она работала ртом и рукой, жадно, по-волчьи, следя за тем, как закатываются глаза парня, как дёргаются его ноги. Он кончил быстро, с рычанием, заливая её горло тёплой, солоноватой спермой. Лина сглотнула, не отрываясь от него, и только потом облизнула губы.
– Теперь ты, – сказала она Мише.
С ним она была иной. Повернув его к себе спиной, она прижалась всей грудью к его мускулистой спине, обхватив руками его торс. Одной рукой она играла с его сосками, другой – яростно дрочила его толстый ствол. А потом, плюнув на ладонь, приставила головку его члена к своему влажному входу и, со стоном, опустилась на него сверху. Он был огромен внутри неё, и она закинула голову, наслаждаясь болью и заполненностью. Начав медленно, она скоро перешла в быстрый, безудержный ритм,
Страсть испытать,новые ощущения