не удалила меня из головы. Как и я – тебя. Гостиница. „Альфа“, на улице Гагарина. Завтра. Два часа дня. Ключ будет у администратора на имя Андрея. Я оплатил до вечера».
Она прочла это три раза. «Альфа» – та самая, старая, советская гостиница на въезде в город. Грязно, дёшево, анонимно. Идеально для греха.
Она не ответила. Но в половине второго следующего дня уже стояла у зеркала в прихожей, нанося помаду. Надела простое синее платье, не слишком короткое, не слишком откровенное. Но под ним – ни бюстгальтера, ни трусиков. Это знание жгло её изнутри, заставляя походку становиться плавной, боязливой, как у дикой кошки. Она сказала мужу, что едет к подруге помогать выбирать обои. Он кивнул, не отрываясь от новостей на ноутбуке.
Администратор, пухлая женщина лет пятидесяти в растянутом свитере, безо всякого интереса протянула ей ключ от номера 312.
«Там уже кто-то есть», – буркнула она и вернулась к сериалу на маленьком телевизоре. Ирина поднялась по лестнице – лифт, судя по виду, не работал ещё с девяностых. Её ладони были ледяными. Она вставила ключ в скрипучую дверь, толкнула её.
Номер был мрачнее, чем она ожидала. Полумрак из-за задернутых тёмно-коричневых штор. Две односпальные кровати, сдвинутые вместе. Старый телевизор. Столик. И он. Андрей сидел на краю одной из кроватей. Он был бледнее, чем в прошлый раз.
– Я не был уверен, что ты придёшь, – сказал он хрипло.
Она закрыла дверь на ключ изнутри, повернула защёлку. Звук был громким и окончательным.
– Я тоже, – тихо ответила Ирина, останавливаясь в двух шагах от него.
Он встал. На нём были джинсы и чёрная футболка. Его взгляд стал каким-то более острым, голодным.
– Ты удалила всё, – констатировал он, и в его голосе не было упрёка, только боль. – Я думал... Я думал, ты просто использовала меня. Как приключение.
Ирина покачала головой. Она не могла говорить. Ком стоял в горле. Она подошла и прижалась лбом к его груди. Он обнял её, но нежно, почти нерешительно. Его руки дрожали.
– Я не могу перестать думать о тебе, – прошептала она наконец в ткань его футболки. – Это ужасно.
– Для меня это... единственное, что имеет смысл, – ответил он и отстранился, чтобы посмотреть ей в лицо. Его пальцы коснулись её щеки, провели по линии скулы. – Ты не спала?
– Нет.
– Я тоже.
Он наклонился и поцеловал её. Поцелуй был медленным, глубоким.Ирина отвечала, впуская его язык, чувствуя, как всё её тело размягчается, предательски откликаясь на этот знакомый вкус.
Его руки скользнули вниз по её спине, нащупали молнию платья. Он медленно расстегнул её. Ткань разошлась, и она почувствовала прохладный, затхлый воздух номера на своей обнажённой коже. Платье соскользнуло с плеч и упало к её ногам. Она стояла перед ним полностью обнажённая, только в туфлях на каблуках. Он отшатнулся, будто её нагота его ударила.
– Боже... – выдохнул он, и его глаза потемнели от желания. – Ты без... ничего.
Она кивнула, не в силах говорить. Её груди тяжело вздымались, соски уже затвердели и выступали, тёмные и требовательные. Лобок, аккуратно подстриженный, открытый. Всё было на виду.
Он упал перед ней на колени. Не целуя, не лаская – просто уткнулся лицом в её живот, обхватив её бёдра руками. Дышал горячо и прерывисто.
– Я сошел с ума, – бормотал он в её кожу. – Я вижу тебя везде..твоё лицо, твой запах. Тот запах, который остался на моей подушке.
Ирина запустила пальцы в его волосы, прижимая его ближе. Его признание, эта юношеская боль, раскалённым ножом резала по её вине, делая её ещё острее, ещё
Находка Алены