Не, Володя, нет, не поэтому. — Она как-то уж слишком игриво закусила дужку губами, чуть облизнув её кончиком языка. — Его так называют потому, что за годы работы санатория всё сложилось так, что сюда приезжают одинокие люди, после расставаний, разрывов и других личных проблем.
— А, вот оно как, ну, звучит трагично. Хотя место отлично подходит для того, чтобы забыться и отпустить свои проблемы. — Я порол какую-то чушь, почти полностью сосредоточив внимание на её губах и аккуратном вырезе блузки, в котором виднелась ложбинка её увесистых грудей.
— Ну нет, мой мальчик, сюда приезжают не для зализывания ран. — Она огляделась вокруг и, посмотрев мне в глаза, добавила: — Сюда приезжают для того, чтобы трахаться с кем попало и как попало, понимаешь? — Её голос стал серьёзным, а хрипотца только добавила ему эротичности.
— Да... не знал об этом, — я явно почувствовал, как содержимое моих штанов становится всё больше и тверже. Её слова и тон возбуждали до предела, а свежий утренний воздух только усиливал этот эффект.
Она улыбнулась широкой улыбкой, обнажив хищные белые зубки.
— Ну, теперь знаешь. — После этих слов её рука как-то сама собой оказалась на моих джинсах. Она безошибочно определила местоположение моего члена и сразу обхватила его через лёгкую ткань.
— Ого, а ты не такой уж и мальчик. Покажешь своего красавца? — Не дожидаясь ответа, она расстегнула пуговицу и потянула за собачку молнии. Ещё секунда, и она уже разминала своей мягкой рукой мой твердеющий на глазах член. Я вцепился в доски скамейки пальцами и, тяжело дыша, наблюдал, как мне дрочит незнакомая зрелая женщина.
— Вот так, малыш, ох, какой красивый член. Не возражаешь, если я тебе пососу? — И снова, не дожидаясь ответа, она начала действовать сама. Склонилась надо мной, открыла ротик и приняла в себя член на половину длины. Я почувствовал, как язык внутри её ротика шарится по моей головке, стволу, уздечке. Стало очень приятно и хорошо, я позабыл про всё на свете, утро становилось всё более добрым и приятным.
Через пару минут Алёна решила сменить позу. Она помогла мне стащить штаны до колен, а сама присела на корточки у меня между ног и начала старательно надрачивать мой член, лаская языком головку. Периодически она останавливалась и работала только ртом, от чего на моих яйцах скопилось уже достаточно её слюны. Всё это было как в хорошей порнухе про горловые минеты. Что уж говорить, такого мне раньше не доводилось испытывать даже близко. Я положил руки ей на голову, сначала просто поглаживая волосы, а потом и помогая ей двигаться, направляя её так, чтобы сделать себе ещё приятней. Комплексов у моей зрелой любовницы явно не было, и удовольствие от этого минета она получала едва ли меньше меня.
Наконец она отстранилась от моего члена, выпрямилась, опираясь на мои колени, и расстегнула пуговки на своих брюках. Она стащила их и небрежно бросила на скамейку рядом. На ней остались только узкие трусики, разделявшие большую попку пополам и слегка прикрывающие её спереди.
— Малыш, выебешь меня? Трахнешь тётю? — С этими словами она аккуратно залезла сверху, я оказался между её ног, а член упирался прямо в желанную дырочку, прикрытую тканью. Я сдвинул полоску трусиков в сторону, они были мокрыми насквозь. Она опустилась чуть ниже, и головка сама проскользнула внутрь её киски. Ещё одно движение, и я полностью оказался в ней. Погружение сопровождалось её довольным, хриплым стоном. После этого она обхватила меня руками, прижала к своей груди, и я уткнулся лицом и
Светик в колготках