— Адам, тебе не нужна нежность со мной. Мне нравится немного грубо. Помни, у меня и раньше были большие члены, я могу принять любых, жестко и быстро, так что не волнуйся, —на мгновение она замолчала, обдумывая, продолжать или нет. Затем я увидел, что она приняла решение: — Ты можешь даже трахнуть меня в задницу, если захочешь. Прошло очень много времени с тех пор, как у меня в заднице был большой толстый член, и от этого я так сильно кончаю!
Это была та самая женщина, которая только что краснела при упоминании её большой груди! Поди разберись. Я и сам был немного шокирован. Сохраняя невозмутимое выражение лица и серьёзный голос я ответил:
— О, не знаю, Сью, я вроде как старомодный традиционный парень. Обычно я не засовываю свой большой старый член в задницу женщины на глазах у её мужа, по крайней мере, до второго свидания.
Она на секунду опешила, вероятно, из-за серьезного тона, который я выбрал, а затем разразилась громким смехом. Вскоре я хохотал вместе с ней, и мы оба смеялись до слез.
Когда мы перевели дух, она прокомментировала:
— Вот это называется превращением чего-то нелепого в возвышенное. У тебя есть талант подчеркнуть всю безумность происходящего, когда мы обыденно обсуждаем всё это дикое извращённое поведение на лужайке перед домом в нашем целомудренным маленьком пригороде, будто это совершенно нормальная тема для разговора. Ты мастер абсурда.
— Нет, я просто пошутил, я не разбираюсь во всех этих вещах.
Это снова вызвало перепалку, пока, наконец, она не сказала:
— Мне нужно идти, иначе я буду стоять здесь и смеяться с тобой весь день. Ты заканчивай свою работу, а я принесу что-нибудь на ужин, и ты с гордостью будешь угощать своих друзей. Спасибо, Адам, это оказалось лучше и проще, чем я ожидала.
— Без проблем, Сью. Ты мне нравишься, с тобой весело.
Она улыбнулась:
— Приступай к работе.
— Нет. Сначала я присмотрю за твоей задницей, когда ты будешь переходить улицу.
Она снова рассмеялась и ушла, преувеличенно покачивая бедрами, ее мягкая круглая задница приятно покачивалась.
Мне стало любопытно, каково это – сжимать ее широкие бедра и шлепать своим низом живота, когда буду брать ее сзади, втыкая свой член в ее мягкую влажную вагину и глубоко проникая в нее? И сведут ли с ума ее мужа звуки, которые она будет издавать, кончая на члене другого мужчины, как он заметит, гораздо большим, чем его собственным, который проникнет в его жену на недостигаемую для него глубину.
Я также хотел бы знать, действительно ли она хотела, чтобы я трахнул её в задницу. Мало кто из женщин согласилась бы на это со мной, поэтому у меня было мало опыта в анальном сексе; я не был в восторге от этой идеи, но те несколько раз, когда я пробовал, я обнаружил, что упругая маленькая попка, сжимающая мой член, это потрясающее ощущение и совсем иное. У меня встал, и я с нетерпением жаждал, чтобы узнать, серьёзно ли она говорит.
Восстановление стены я закончил, когда солнце уже садилось за горы. Поставив последний блок и уложив дерн я отступил назад и полюбовался своей работой, довольный результатом. Я убрал инструменты и отправился приводить себя в порядок, предвкушая, как горячий душ поможет моим затекшим уставшим мышцам.
Ощущения были именно такими, как я и ожидал, и я позволил себе роскошь долгого расслабляющего душа. Когда я, не успев выключить воду и выйти, потянулся за полотенцем меня окликнули:
— Эй? Адам? Ты дома? Мы здесь, твоя дверь была открыта. Ау-у-у?
Второй урок любви для Марины