ногам, до щиколоток, – глядя ей в лицо снизу. Она переступила. Он остался на коленях, и его лицо было прямо напротив её гладкого лобка. Он вдохнул её запах – и она увидела, как у него дёрнулся кадык.
Рядом Марат так же стягивал с Кати её стринги, присев на корточки.
Потом парни выпрямились и расстегнули джинсы. Стянули их вместе с бельём. И сели рядом на диван, широко расставив колени. Голые. В свете города их тела казались вылепленными. Смуглое, широкоплечее тело Марата. Длинное, точёное тело Дениса, с мощными бёдрами. И между бёдрами у обоих стояло.
Девушки опустились перед ними на колени, на мягкий ковёр.
– Смотри, – сказала Катя Алине. И кивнула на Дениса. – Он любит вот так.
Она наклонилась к нему, обхватила член у основания и провела языком снизу вверх, по всей длине, медленно, до самой головки. Обвела её кругом. Денис откинул голову на спинку дивана и выдохнул сквозь зубы.
Алина смотрела, как подруга сосёт у Дениса.
Ревность кольнула снова – и снова вместе с ней ударило в низ живота, так, что пришлось сжать бёдра.
– Я знаю, как он любит, – сказала она.
И наклонилась к нему с другой стороны.
Они взяли его вдвоём. Катя сверху, губами вокруг головки. Алина снизу, языком по стволу, по самому основанию, по мягким волосам, ниже – к гладким, бархатным яйцам.
Она взяла одно в рот. Целиком, осторожно, обхватив губами. Тёплое, тяжело лежащее на языке. Пососала – медленно, нежно, чуть втягивая, – и почувствовала, как у Дениса дрогнули бёдра. Отпустила. Взяла второе. И снова, медленнее, языком по кругу, пока над ней Катя брала его головку всё глубже.
Денис застонал в голос.
– Бляяя… – выдохнул он. – Вы что творите…
Алина подняла на него глаза, не выпуская его изо рта. Он смотрел на неё, откинувшись на спинку дивана, приоткрыв рот, – и она видела, что он уже почти не держится.
Она поднялась выше, языком по всей длине ствола, – и их с Катей губы встретились на его головке. Девушки поцеловались прямо через неё, с членом Дениса между губ, и Алина почувствовала на Катином языке его вкус.
– Э, – сказал Марат рядом. – А я?
Катя оторвалась от Дениса, повернулась к нему и посмотрела на его член. Толстый, смуглый, чуть изогнутый вверх, с тёмной открытой головкой. Яйца крупные, низко между крепких бёдер.
– Ох ты ж, – протянула Катя и медленно облизнула губы. – Алин, ты не говорила, что он такой.
– Я говорила.
– Ты говорила «толстый». Ты не говорила, что вот такой.
И взяла его в рот. Сразу глубоко. Потом ещё глубже – до самого горла, пока губы не упёрлись в его лобок. Задержалась так, не дыша. Подавилась. Отпустила – с хриплым вдохом, со слезами на ресницах, и с её губ к его головке протянулась блестящая нитка слюны.
Марат запустил пальцы ей в волосы.
– Сука, детка…
Катя вытерла губы тыльной стороной ладони и снова взяла его. До горла. И снова.
Дальше они менялись, не считая. Алина переходила к Марату – и Катя к Денису. Алина брала Марата глубоко, насколько могла, и он придерживал её затылок. Катя ласкала Дениса рукой и смотрела Алине в глаза. Потом обе склонились к Марату, и их языки встретились на его головке, на изгибе, на крупных яйцах. Мокро, со слюной, стекающей по стволу. И в какой-то момент обе одновременно подняли глаза – снизу вверх, с членом у губ – и парни смотрели на них сверху, на двух девушек у себя между ног.
– Всё, – выдохнул Денис. – Хватит. Иначе я так кончу.
Игрушка для жены