не смог разобрать сквозь грохот. Показалось также, что парни возвращаются — их голоса становились тише, пока я сидел согнувшись за кустом деревьев.
Я сидел и переваривал. Даже если я услышал не всё, было достаточно очевидно, что происходит.
Лэнгли трахал Мию как минимум каждую среду вечером. Судя по всему — на своём столе после того, как автосалон закрывался пораньше. И потом хвастался этим дружкам. Тейлор, юрист компании, предупреждал Лэнгли о возможных последствиях. И, видимо, у него была крупица сочувствия ко мне.
Приподнятое настроение, которое я нагнал себе всего несколько минут назад, сдулось, как лопнувший шарик.
Мои подозрения подтвердились. Теперь нужно было строить стратегию. Во-первых — и это будет сложно, — но я знал, что это правильный ход: продолжать вести себя нормально, не злиться и не проявлять подозрений. Потом — найти юриста. Методично я начал прокручивать в голове шаги и процесс разделения наших жизней.
До конца дня я сосредоточился на двух вещах: быть с детьми и избегать Мию и Лэнгли.
Всю дорогу домой я делал всё возможное, чтобы сохранять спокойствие и нейтральное отношение. Иногда мысли уплывали к услышанному — и я прибавлял скорость.
— Патрик, помедленнее! Дети в машине, — сказала Мия.
К счастью, все устали после дня на озере, и детей спать уложили рано. Остаток выходных я занимался обычными домашними делами, которые бывают у всех домовладельцев. Насколько возможно, избегал Мию. Боялся, что маска соскользнёт, а к разговору я ещё не был готов.
Поскольку я работал дома в кабинете в подвале, следующие шаги мне нужно было прорабатывать вне дома. Я знал, что нужен юрист, но не знал никого.
Я позвонил и Тиму Пэрису, своему другу и финансовому консультанту, и Райану. Попросил их мнения, объяснив ситуацию и взяв с них слово молчать.
— Можно я расскажу эту печальную новость Терезе? — спросил Райан.
Я сказал, что конечно, но больше никому.
К концу недели я нашёл человека с хорошей репутацией.
***
В пятницу в три часа я был в кабинете Майрона Оверби. Я изучал этого человека. Он казался мягким и тихим. Несколько раз мне пришлось просить его говорить громче. Пока мы разговаривали, я начал беспокоиться. Я надеялся на какую-нибудь злобную акулу-адвоката.
Этот же парень выглядел как розовощёкий библиотекарь с деликатной речью и не слишком внушительной внешностью в костюме и аккуратном галстуке-бабочке.
— У вас есть ко мне вопросы? — спросил Майрон.
Я замешкался. Я просто не был уверен в этом человеке. Знал, что с Мией, скорее всего, будет война. И не был уверен, что Майрон — тот, кого я хочу видеть в окопе рядом с собой.
Заметив моё колебание, Майрон заговорил.
— Мистер Прайс, — начал он, — я замечаю некоторую нерешительность с вашей стороны. Я понимаю. Мои манеры вежливы и хорошо продуманы, я знаю. — Он добавил: — Но, пожалуйста, не принимайте мою внешность за какую-либо слабость. Мои клиенты всегда выходят победителями. Всегда. Уверяю вас.
Последние несколько фраз он произнёс с твёрдым ледяным спокойствием. Я увидел, как другие могут недооценивать Майрона и просчитывать свои стратегии неправильно. Я сразу понял, насколько он может быть компетентным и эффективным.
— Мистер Оверби, — я встал и протянул руку через стол, — у меня нет никакой нерешительности.
Мы пожали руки.
Майрон дал мне список информации, которая ему нужна. Мы ещё немного поговорили. Наконец он задал один конкретный вопрос.
— Вы спрашивали жену о любых из ваших вполне обоснованных подозрений?
— Не особо, — ответил я. — Каждый раз, когда я спрашивал про поздние вечера и странные часы, она злилась. А до того, как я подслушал тех парней на озере, я на самом деле
Испытание мочевого пузыря Сэнди