я передам твоему отцу, — сказал он мне, хотя громче всех был, конечно, он, а не батя.
Я зашёл в комнату. Настя сидела на подоконнике и курила, повернув монитор, и через всю комнату смотрела «Дневники вампиров» — тогда был 2012 год.
— Мама же запрещает курить в доме…
— Я у себя всегда курю, — ответила она и стряхнула пепел в мою кружку.
Я попросил сигарету, она дала свою — на ней осталась её помада.
— Зачем ты губы накрасила?
— С подругами сегодня ходила.
Я сел с ней на подоконник.
— Я видела у тебя водку за кроватью.
— А, это в прошлый раз не допили…
— Она у тебя тоже пьёт?
— Немного, ей плохо от алкоголя — голова болит.
— Скучная она у тебя…
— А ты не просыхаешь… Давай я тебе налью, ты же куда-то собиралась.
— …Щас подруга моя придёт. Я скину ей, дам кое-что на вечер… если зайдёшь в мою комнату мимо этих… и возьмёшь мою одежду — мож, я пойду с ней и тебя кое-куда сведу, если захочешь.
— Пфф… Надо мне.
— Будет весело. И стопки возьми, три хотя бы, раз угощать собрался. Все вещи на моём стуле. — Ладно, я сама возьму. А ты найди стопки.
Подруга всё не приходила. Я нашёл стаканы в комнате предков, и к тому времени мы уже выпили достаточно, просмотрели одну серию. Я не хотел говорить на личные темы — наверное, потому что она не хотела об этом говорить, и я это как брат чувствовал. Или я не хотел, боялся назвать её шлюхой, если б узнал про все её ночные похождения. Но конечно, она не была шлюхой, конечно нет! «Девушки раньше начинают увлекаться парнями», — сказала она в связи с чем-то, что было в сериале. В основном мы обсуждали то, что видим на экране: я шутил над сюжетом, спрашивал, она отвечала, попутно что-то рассказывала.
А затем ей написали.
— Блин, подруга не придёт. Ну и хорошо, у меня уже сил нет никаких, столько ждала её.
— Ты останешься в этом?
— Братик, можешь выйти? Я переоденусь и лягу спать.
— К ним? Чтоб опять приставали с расспросами, бухие? Я не буду смотреть, что я там не видел.
— Ну ты меня уже давно не видел, — сказала она и спустила кожаную юбку.
Краем глаза я заметил её кружевные трусики — она осталась в белой рубашке и длинных чёрных носках, укуталась одеялом.
Я вышел тихонько в туалет отлить. Когда открыл дверь, у них стояла сестра — она протиснулась боком, упираясь в дверной проём грудью и спиной в меня. Не только мой пах, но и рука задели её упругие ягодицы, затянутые кружевным бельём. Она, смутившись, легонько улыбнулась мне — и я ей в ответ. Алкоголь нам уже ударил в голову, но выпил я меньше, нежели Настя, что бухает с 13 лет. Чудом родители были заняты горячей беседой, чтобы не заметить, что их дочка в нарядной белой рубашке «куда-то собирается».
— Не выключай, — сказала она. — Пусть говорят.
Настя зажгла сигарету и спрятала свои нежности в одеяле. Я подсел к ней.
— Последняя, — на сигарете всё ещё оставался отпечаток её губ.
Я затянулся, и она спросила:
— Как твоя… не помню имя.
— Это была всего лишь ночь, одна единственная ночь, — соврал я, но по сути так оно и было.
— Подруга всё-таки придёт, но мы уже будем спать.
Я упёрся затылком о стену, затягиваясь дымом, и протянул левую ладонь под её одеяло.
— Дай мне, — она привстала на колени в постели, сбрасывая одеяло, потянулась через меня за сигаретой.