Мы съехались с братом тупо из-за прагматизма. Максу 21, он пашет автомехаником в сервисе неподалеку, а мне на пару лет больше, и я ценю тишину и вовремя оплаченные счета.
Родители живут в другом городе и так нам обоим проще.
Он уехал раньше меня, а я училась. Нашла работу и спросила не помешаю ли брату если поживу с ним. Он казался слишком молодым парнем, у которого в голове только карбюраторы, подъемники и пиво с пацанами по пятницам и я опасалась что не впишусь. Помешаю его планам на свободную квартиру или сама буду страдать от его друзей. Но он согласился и я приятно была удивлена, что он пропадает почти до ночи на работе, а отдыхает в отдельные дни и не дома.
До недавнего времени это работало идеально. Макс не чистоплюй, но посуду за собой моет, а если в доме что-то ломается, у него всегда под рукой нужный инструмент и правильные руки. Большую часть времени он проводит на работе, возвращаясь поздно, уставший и пахнущий мылом. Редко когда он пользовался душем дома.
Я вообще без заморочек, общаться со мной легко, драму на пустом месте не раздуваю, чужие границы уважаю. Далека от скромниц, которые краснеют от любого крепкого слова, но и во все тяжкие не пускаюсь — парня сейчас нет, но прыгать на кого попало просто от скуки точно не про меня. В общем, со мной комфортно, без лишнего пафоса и душных правил.
Поэтому меня вообще не смущала чисто пацанская привычка Макса. Дома он игнорирует нижнее белье — просто натягивает тонкие хлопковые трико или свободные шорты прямо на голое тело. Естественно, когда он перемещается по квартире, ткань двигается и все контуры его хозяйства угадываются моментально. Я поначалу обращала внимание, но потом решила, удобно так ходить — да ради бога.
***
Форс-мажор на кухне.
Дело было вечером. У нас на кухне намертво заклинило старый бойлер, а следом с треском вырубило автоматы в щитке. Время — девятый час, сейчас стемнеет, из агрегата хлещет вода. Я на панике отыскала в сети первого попавшегося «мастера на час».
Приехавший мужик сразу почуял, что я в электрике и сантехнике полный ноль. Покрутился с фонариком минуты три, поцокал языком и включил классический развод на деньги:
— Тут всё, хана. Сгорела плата, закоротило тэн, трубы повело. С вас пятнадцать тысяч только за срочную работу, и прямо сейчас надо ехать за деталями, а то до утра весь дом затопите.
Я стою в полутемном коридоре, у меня капает вода, и я реально готова выгрести все заначки, просто чтобы этот кошмар прекратился.
И тут открывается входная дверь. Вваливается Макс — после смены в автосервисе. Быстро оценивает мизансцену: перепуганная я, наглый мужик и лужа на полу.
— Что тут происходит? — голос у него был на удивление спокойный, низкий, без подростковой суеты.
Мастер вальяжно поворачивается:
— Да вот, пацан, объясняю твоей девчонке, что бойлеру конец. Платите деньги, буду чинить.
Макс даже бровью не повел на этого «пацана». Он молча зашел в свою комнату, через минуту вышел уже в своем привычном домашнем прикиде — тех самых серых трико на голое тело и простой футболке — но в руках у него был его кейс с инструментами.
— Отойди, — коротко сказал он мастеру. Не грубо, но так, что мужик послушно сделал шаг назад.
Макс присел на корточки перед открытым щитком. Напряжение в его плечах, сосредоточенный взгляд. Я даже не узнала брата с которым мы делим приставку по выходным. Он замерил что-то прибором, потом залез под бойлер, ловко перекрыл входной вентиль одним четким движением, открутил
Моя любимая сестёнка ? лесбиянка