наблюдала, поглаживая свой внушительный член. – Его оргазм – наше дело.
Она шагнула вперёд и грубо оттолкнула Марго от его лица. Член Марго с громким хлюпом выскользнул из его рта. Саша жадно глотнул воздух, слюна и смазка текли по его подбородку.
Вера стала над его лицом, её мощный, идеально выбритой член навис над его ртом, как дубина.
– Открывай, – приказала она. – И глотай всё, что дадим.
Она направила головку к его губам. Саша послушно открыл рот, и она вошла глубоко, сразу, до самого основания. Он снова начал давиться, но Вера взяла его за волосы и прижала к своему лобку.
В этот момент обе девушки в его заднице участили темп. Они вгоняли в него свои члены с яростной силой, их яйца шлёпались о его ягодицы. Стимуляция была слишком интенсивной. Он чувствовал, как нарастает волна его собственного оргазма, неконтролируемого, запретного.
– Сейчас! – взревела Вера и начала кончать.
Тёплая, густая сперма хлынула ему в глотку. Она была горькой, солёной, её было много. Саша захлёбывался, пытался сглотнуть, но поток не прекращался.
Она вытекала из уголков его рта. Вера вытащила член и, не дав ему отдышаться, прижала его голову к своему лобку, заставляя слизывать остатки с её кожи и волос.
– Пей, сука, – рычала она.
Вслед за ней кончила блондинка в его заднице. Он почувствовал, как внутри него, глубоко, пульсирует её член и изливается горячая жидкость.
Потом забилась и вторая девушка в его анусе, её выбросы били прямо в стенки его кишечника, уже переполненного.
Их вытащили из него почти одновременно. Освобождённые отверстия его тела болезненно сжались, из ануса хлынул поток тёплой спермы, смешанной с лубрикантом, растекшись по мрамору под ним.
Но его не отпустили. К нему подходили другие, по очереди. Одна за другой, эти прекрасные, страшные существа вводили ему в рот, в только что использованную, ещё дырявую задницу свои члены, и каждая кончала, заливая его изнутри своим семенем. Его заставляли облизывать, сосать, глотать.
Сперма текла по его лицу, груди, смешивалась с потом. Его собственный член, так и не получив разрядки, стоял колом, синий от напряжения, но к нему почти не прикасались — это было неважно.
Он потерял счёт времени и лицам. Он был просто сосудом, отверстием, общественной собственностью.
Когда всё закончилось, он лежал на мраморе, забрызганный белыми подтёками, липкий, воняющий сексом и чужими выделениями. Его тело ныло, каждое отверстие горело огнём. Вокруг него стояли улыбающиеся, умиротворённые «девушки», поправляя купальники.
Вера подошла к нему последней, потрепала по щеке.
– Молодец, Сашенька. Первая процедура прошла успешно. Завтра продолжим.
Она бросила ему полотенце. Он не мог пошевелиться.
– И подумай, – добавила она, уже отходя, – какое счастье, что твоя путёвка — на целых две недели.
Саша закрыл глаза. Сквозь тяжесть отчаяния и унижения в нём шевельнулось что-то тёплое, грязное и жадное. Что-то ждало продолжения...
****
Следующее утро встретило его свинцовым весом во всех конечностях.
Он проснулся от резкого солнечного луча, пробившегося сквозь жалюзи, и первым ощущением было жжение — в горле, в анусе, в растянутых мышцах рта.
Он лежал лицом вниз на простыне, и даже дыхание казалось болезненным. Память накатила лавиной: вспышки тел, звуки, вкус горькой спермы на языке. Саша сглотнул и почувствовал тошнотворный привкус, въевшийся в слизистую.
Он поднялся с кровати, пошатываясь, и побрел в ванную. В зеркале на него смотрело жалкое существо с запавшими глазами и синяками на бедрах. Но когда он повернулся спиной к зеркалу и через плечо увидел покрасневшее, слегка припухшее отверстие между ягодиц, по его спине пробежала странная, стыдливая дрожь. Не просто воспоминание о боли, а смутное, глубоко запрятанное щемление.
Эротические похождаения Крота. История вторая - староста