бёдра начали двигаться ей навстречу, и это было лучше любой награды. Даже лучше цветов.
На верхушке члена она остановилась, язык привычно закружил вокруг головки. Она смотрела в его глаза. Лицо Артура было раскрасневшимся, глаза затуманены. Он смотрел на неё так, как будто она была единственной женщиной в мире. И в этот момент, с членом во рту, Славяна почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.
— Не останавливайся, — выдохнул он.
— Я и не собиралась, — ответила она. — Я только начала.
И снова взяла его в рот и начала сосать быстрее и жарче. Голова задвигалась с нарастающим ритмом. Её грудь мерно поднималась и опускалась. Набухшие соски скользили по его бёдрам, добавляя непередаваемые ощущения. Дыхание сбивалось, но она не останавливалась. Она делала это, применяя все свои знания, накопленные годами секса с любимым человеком. То посасывала одними губками, втягивая щёки, и её лицо смешно вытягивалось уточкой. То с лёгким давлением зубов, ровно настолько, чтобы ему было приятно, но не больно.
Её голова двигалась вверх-вниз, и волосы, которые она только что высушила, падали на лицо. Она пыталась убрать их свободной рукой, но это нарушало ритм, и Артур, заметив это, сам собрал их в кулак. Он бережно придерживал их, чтобы она не прерывалась на такие мелочи.
Она присоединила руки, размазывая слюну и помогая рту. Левая прокручивалась у основания члена, а правой она ласкала яички, слегка сжимая и перекатывая. Покачивания головой становились все более влажными и развратными. С легким поворотом головы, в противоположную сторону от движения рук.
Артур чувствовал приближение оргазма, но не мог этого допустить. Он мягко, но настойчиво, оторвал её от себя. Потянул вверх за плечи и заставил перевернуться. Теперь она лежала на спине, раскинувшись на простынях, и её идеальное, созданное для любви, тело полностью открылось его взгляду.
— Теперь моя очередь, — сказал он.
И уже сам начал ласкать её. Накинулся на её роскошные груди, как голодный волк. Каждый сосочек был им облизан и обласкан. Он переходил с одного на другой, прикусывая, словно не мог насытиться. Ладони сжимали белую плоть, и соски выделялись на груди. Наливались и твердели, подставляясь под его рот. Славяна выгибалась ему навстречу, запутавшись пальцами в его волосах. Она едва слышно стонала, сдерживая свои порывы. Иначе её стоны могли перерасти в крики.
Он спустился ниже, к её животу, уткнувшись носом в ложбинку пупка. Но не задержался там надолго. Он стремился к её влажной, женственной сути.
— Артур, не надо, — застеснялась Славяна. Её голос был тихим, почти испуганным. — Если не хочешь, не делай.
Артур даже не стал слушать. Он поднял на неё свои смеющиеся глаза.
— Замолчи, — сказал он твёрдо, но совсем не грубо. — Просто расслабься. Это не грязно. Это ты. А тебя я люблю всю. Всю, понимаешь?
Его забавляла эта черта его жены. В минете она видела что-то священное. Словно женщина поклонялась мужчине. Минет возвышал и её, и его. В этом было что-то правильное для неё. А куннилингус она почему-то считала грязным делом. Как будто его язык и лицо не должны касаться того места, куда он погружал член. Абсурд, конечно. Но это была её маленькая странность.
Но Артур не раздумывал. Он стремился лишь доставить своей жене, как можно больше удовольствия. Его голова оказалась у неё между ног, язык коснулся её складочек. Славяна вздрогнула. Она попыталась свести ноги, но он уверенно развёл их, закрепив на месте сильными ладонями.
— Ох... — простонала она. — Артур... Ты не обязан...
Она закусила губу. Её лицо горело. Но когда его язык снова коснулся её, она
Успокоить тещу