кроватью. Сначала было больно, но волнение, разврат, когда его член скользнул мимо ее влагалища в прямую кишку и оставил свое семя там, где никогда не было семени ее мужа, с лихвой компенсировали все неудобства.
Эми оправдывала свое распутное поведение тем, что Антон был великолепным любовником. На самом деле он был просто эгоистом. В ответ на его требования она делала то, на что никогда бы не решилась со своим мужем, то, чего хорошие девушки просто не стали бы делать.
Невозможно предсказать, как долго мог бы продолжаться этот роман и чем бы он мог закончиться, если бы у машины Эми не возникла неисправность трансмиссии. Ремонт был бы как минимум два дня. Запись на ремонт была назначена на утро четверга, и она заверила Тома, что кто-то из офиса заберет ее из гаража и отвезет домой вечером.
Джон встретил ее по дороге в офис. Они добродушно поболтали в машине, и он предложил подвезти ее домой после работы. Она отказалась, сказав, что уже договорилась с другим.
Поездка обратно в квартиру Антона тем же днем вызвала у нее новое, приятное волнение. Они были вместе, открыто, на публике. Антон заметил ее возбуждение.
— Отсоси мне, — потребовал он. Она почувствовала, как ее промежность отреагировала почти мгновенно.
— Какая же я шлюха, — подумала она про себя, - Два его слова — и я уже почти готова заняться сексом.
Она охотно подчинилась, расстегнула его брюки и оттянула в сторону ластовицу трусов, освободив его член и яички. Она наклонилась, чтобы взять его в рот, и он, положив левую руку ей на голову, взглянул вниз. Он наслаждался властью, которую имел над этой женщиной. Антон снова обратил внимание на дорогу. Он выругался, и Эми с тревогой подняла глаза. Он резко свернул, произошел удар, и мир погрузился во тьму. Это было неделю назад.
Было пять часов вечера, когда Том открыл входную дверь, рядом с ним стояла его дочь.
— Входите, викарий, — сказал он, отступая назад.
— Да ну нафиг, Том, — пожаловалась Эми. — Зачем нам этот старый мошенник? Просто прими мои извинения и забудь об этом.
Священник не обиделся на вспышку гнева Эми и последовал за Томом в гостиную.
Преподобный Адамс сидел в кресле, на которое указал Том, а отец и дочь сидели рядом на диване, держась за руки, в то время как Эми стояла позади них, уперев руки в бока.
— Авария с вашей женой сама по себе была достаточно трагичной, но ситуация, которую обнаружили сотрудники экстренных служб после того, как освободили ее и ее... „друга“... должно быть, была просто невыносимой, — сочувственно сказал священник, - Вы оба справитесь с проблемами?
— Нет, и мы никогда этого не сделаем, пока он не вытащит эту палку из задницы и не примет мои извинения, — яростно воскликнула Эми.
— Я просто не могу найти в себе силы простить её, — признался Том, его голос дрожал от волнения, - И всё, что я слышу изо дня в день, это её настойчивые утверждения, что это был всего лишь секс, что если бы я любил её, я бы просто забыл об этом. Отче?
Том умоляюще посмотрел на священника.
— Умоляю вас, пожалуйста, помогите нам обрести покой.
Преподобный Адамс встал и открыл принесенный с собой футляр. Он достал из него простой серебряный подсвечник и поставил его на стол между ними. Эми, на этот раз молча, наблюдала, как он вставляет в подсвечник приземистую церковную свечу. Он зажег ее спичкой и сделал паузу, чтобы пламя разгорелось.
Затем он достал богато украшенную Библию и поставил её рядом
Моё и Катькино развитие