возбужденный Скотти, и мне нужно потрахаться и поскорее! А как у тебя? У тебя был секс?
Ой-ой! Как же ей рассказать свою грязную историю?
— Ну да, на самом деле обо мне неплохо позаботились, можно сказать.
Она откинула голову назад и посмотрела на меня, ожидая подробностей.
Хотя Кристи была одной из главных инициаторов подтолкнуть меня к тому, чтобы «расправить крылья, разрушить стены, попробовать себя в более авантюрных делах» и так далее, я все это время очень переживал по поводу этого момента. Я никогда не был до конца уверен, действительно ли она хотела, чтобы я сделал что-то из того, что я в итоге сделал, или, возможно, она думала, что я не приму – или, возможно, не смогу – ее предложения.
— Помни, детка, это ты подтолкнула меня к тому, чтобы, э-э-э, попробовать немного запретного плода, как говорится. Не злись.
— Адам, я не буду злиться. Если бы я злилась, разве я стояла бы здесь голой и возбужденной с твоим членом между ног? Я скорей, удивлена немного. Я считала, что если ты и сделаешь, то потихоньку и осторожно, как всегда, но ты, похоже, сразу же бросился во все тяжкие! Так расскажи мне, что с тобой случилось еще, кроме вечера со Сью и Риком?
— Э-э, ну, было пару раз. Ты помнишь Дану? Ты упомянула о ней перед тем, как мне вернуться на работу?
— Я помню. Вернемся на секунду ко Сью и Рику, ты все еще должен мне всю эту историю, так что это тебе не дает право избежать этого, сам понимаешь.
Я кивнул:
— Знаю, но позже, ладно? Нам взаправду нужно поскорее пойти и доставить удовольствие Кей и Ронни, к тому же сейчас время обеда.
Она хихикнула:
— Что бы ни случилось, ты никогда не забываешь о своем желудке, не так ли? Никакой еды, пока я, по крайней мере, не услышу о Дане. Это та самая милая девушка, которую я встретила на пикнике, не так ли? Та, с аппетитной фигуркой, которая дразнила вас всех, ребята?
— Да, это она, но она женщина, а не девушка, о чем она мне недвусмысленно сообщила.
Кристи фыркнула:
— Конечно, ей семнадцать, может быть, восемнадцать?
— Боже мой, нет! Она бы не стала работать на объекте в таком возрасте, ей уже за двадцать, — я не стал сообщать ей, что Дане всего двадцать один год. Двадцатилетия было достаточно. В животе у меня громко заурчало. — Слушай, пойдем поедим, а потом я тебе все о ней расскажу, хорошо?
— Нет, Адам, сначала расскажи мне. Может, я смогу немного отвлечь тебя от мыслей о еде?
С этими словами она протянула руку назад и направила мой твердый член к своему влажному и желанному отверстию, а затем постепенно опустилась на меня, медленно скользя вниз по моему возбужденному члену, пока я полностью не оказался в ее горячих бархатных тисках. Мы оба застонали от этих ощущения и от осознания того, что два тела, которым суждено быть вместе, наконец воссоединились.
Никто из нас, цепляясь друг за друга, не произнес ни слова, пока она медленно и осторожно двигала бедрами и, явно с наслаждением, ощущала, как мой член глубоко внутри ее тела касается всех чувствительных мест. Я сидел неподвижно, давая ей волю направлять мой эрегированный пенис туда, где ей нужно было больше всего почувствовать его. Все это доставляло мне невероятные ощущения, и когда я почувствовал, как ее тело напряглось, а вагина сжалась, я понял, что она достигла быстрого оргазма, а последующие ее громкие вздохи и ногти, впившиеся мне в плечи, подтвердили это. Она перенесла
Больничное совращение