когда в нежную плоть вонзился острый металл. Этого Юля не смогла молча вынести, её прорвало, уже не здерживаясь он просила:
— Больно....очень.....отпустите, не могу, пожалуйста....
Но она напрасно надрывалась, её страдания еще возросли, Антон включил пробку, Юля взвыла, из глаз катились слезы, она мелко дрожала всем телом, отчего становилось ещё хуже. Живот вздымался, Юля чуть двигала бедрами, пытаясь найти положение, в котором боль потише, но делала только хуже. Наконец Антон выключил пробку и уменьшил давление "трусов", немного вытянув колокольчик обратно, разрешил девушке спуститься на пол. Юля как в тумане кое как спустилась, шаги давались с трудом и мучениями, её лучше всего было стоять не шевелясь, но ноги держали с трудом, её вело, она плыла..
Антон налил ей воды, она выпила, стало полегче. Но все равно не могла сообразить, когда с нее сняли лифчик и блузку, прикрыли бедра легкой тканью, обмотав пару раз вокруг талии и закрепив булавкой. Её садистское одеяние скрылось внешне, но никуда не делось. Тело закрыли, обернув тонким парео, завязанным узлом чуть выше груди. Из зеркала смотрела легко и невесомо одетая девушка, будто вышедшая на пляж к морю чтобы искупаться нагишом. Этот образ резко расходился с ощущениями Юли, которая под легкой одеждой продолжала терпеть боль и мучение. И до окончания было еще далеко....
У Антона на столе зазвонил телефон, он подошел и ответил
— Алло, Да, она почти готова, совсем маленькая деталь и все. Ок, через десять минут приведу её. Ролик? Да, готов, сейчас скину быстрый пилотный вариант.
Закончив разговор мужчина выдвинул ящик стола, вытащил сверток, сказал Юле подойти к нему и повернуться спиной. Когда девушка выполнила это приказание, последовало следующее - сложить руки за спиной. Антон что то достал из пакета и на шее Юли застегнулся широкий кожаный ошейник с цепью, прикрепленной к кольцу, расположенному сзади. Запястья девушки охватили кожаные наручники, связанные общим кольцом с карабином, к которому пристегнулась цепь от ошейника. Цепь натянулась, максимально возможно поднимая руки девушки, от чего заломило суставы. Напряжение тела возросло, усилилась боль, Юле пришлось с трудом сдержать стон, невольно рвавшийся изо рта. На глаза Юле Антон надел небольшую красивую маску, у которой ниже была вуаль прикрывающая остальную часть лица, и сказал:
— Настала пора отвести тебя на съемки основной части нашего "кино", но сначала взгляни на себя в зеркале. Подсказки что говорить и делать ищи на дальнем экране в зале, куда я тебя сейчас и отведу.
Юля посмотрела. Выглядела она конечно очень красиво, привлекательно и притягательно, но её внутреннее состояние было очень напряженным: боль от одеяния, скрытого верхним слоем ткани отражалась во всем теле, каждое движение эту боль усиливало, девушка с трудом "удерживало лицо", уже мечтая только о скорейшем окончании этих пыток. Антон взял стек, открыл дверь кабинета и легким касанием направил Юлю к выходу из комнаты. Пройдя дверь, девушка была направлена стеком налево по коридору, затем направо. В конце коридора была дверь, которая распахнулась когда Юля, сопровождаемая стеком Антона, подошла ближе. За дверью была небольшая лестница. С трудом поднявшись по ступеням, которых было пять или шесть, девушка оказалась на маленькой сцене с установленным подиумом в виде очередной невысокой лестницы. На подиуме уже были другие девушки в похожем одеянии, стоявшие в пол-оборота к занавесу. Юля увидела, что ноги других девушек стоят на разных ступенях, из-за чего левые ножки, стоящие выше правых, были немного согнуты в колене. Юля оценила садистскую изобретательность организатора - в такой позе её "волшебные трусики" максимально жестко вопьются в её и так страдающее тело. Кроме того,
Я, мама и Иришка