Категории: Измена | Зрелые
Добавлен: Сегодня в 06:39
этого Ирина растаяла полностью, без остатка. Она обвила его ногами вокруг спины, притягивая глубже, и встретила его губы поцелуем, полным сдачи и благодарности.
Ритм постепенно ускорялся сам собой, подчиняясь нарастающей волне. Его нежность стала более требовательной, толчки – более мощными. Он перевернул ее на бок, прижав спиной к своей груди, и вошел в нее сзади, одной рукой обхватив ее за грудь, другой опустившись к ее клитору. Теперь он трахал ее интенсивно, но все еще с той же пронзительной концентрацией на ее удовольствии. Его пальцы терли ее бугорок в такт толчкам, и скоро она почувствовала, как внутри все сжимается, готовое взорваться.
– Кончай со мной, – прошептал он ей в ухо, кусая мочку.
Его слова, контрастирующие с нежными действиями, стали последней каплей. Она закричала, ее влагалище сжалось вокруг его члена в серии судорожных спазмов, и он, сдавленно застонав, присоединился к ней, изливаясь в нее горячими, пульсирующими потоками. Он не вытаскивал, а остался внутри, тяжело дыша, прижимая ее к себе.
Так они и лежали, пока их дыхание не выровнялось. Потом он осторожно вышел из нее, и она почуувствовала, как его семя вытекает из ее растянутого влагалища, теплая струйка скользнула по внутренней стороне бедра. Он не отпускал ее, лежал сзади, прижимая к своей груди, его руки обнимали ее под грудью, большие пальцы продолжали водить по ее коже.
– Оставайся, – снова попросил он, и в его голосе не было приказа, только уязвимость, которую она в нем раньше не видела.
– Я не могу, – прошептала она, но уже не сопротивляясь, прижимаясь затылком к его плечу. Его запах, смесь пота, секса и свежего белья, заполнял ее легкие. Она закрыла глаза. «Всего на минуту», – подумала она. Но минута растянулась в пять, десять, в полчаса. Они лежали, и он просто гладил ее живот, ее грудь, целовал ее в макушку, не требуя больше ничего. Это молчаливое общение было почти страшнее страстного секса – оно привязывало сильнее.
Когда за окном окончательно стемнело, она все же поднялась. Ее тело гудело удовлетворением, но разум уже начинал бить тревогу. Муж мог позвонить. Сын мог вернуться. Она собрала свою одежду, разбросанную по комнате, и стала одеваться под его пристальным взглядом. Он сидел на краю кровати, голый, наблюдая за каждым ее движением.
– Когда я снова увижу тебя? – спросил он.
– Не знаю, Андрей. Я же сказала...
– Ты ничего не сказала, – перебил он мягко. – Ты только делала вид. Твое тело говорит правду. Оно хочет меня. И ты этого хочешь.
Он встал, подошел к ней, уже одетой, только волосы еще были растрепаны. Он взял ее лицо в ладони.
– Я не буду давить. Но я буду ждать. Когда тебе станет скучно в твоей идеальной жизни... когда тебе захочется почувствовать себя живой... ты знаешь, где меня найти.
Он поцеловал ее в лоб, и этот почти отеческий жест вызвал у нее ком в горле. Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и выскользнула из квартиры.
Как сказка стала былью (Нарвавшаяся грязнуля)