который мешал ему, Димке, всецело сосредоточиться на сладких, радостных мыслях о Расике. - Одно и то же... и всё это надо слушать, надо поддакивать, надо им что-то в ответ говорить - изображать соучастие... какая тотальная скука в этом всём!" - Ощущение пустоты, неискренности, никчёмности мира л е н у с и к о в возникало у Димки и раньше, но теперь - на фоне ликующего в нём счастья - он почувствовал это всё неожиданно остро. - "Скука, - подумал Димка, - это не то состояние, когда нечего делать, а скука - это когда вокруг пустота: пустые слова, пустые проблемы, пустые эмоции... неужели они всё это не понимают - не чувствуют, не осознают?" Эти мысли возникли у Димки всего лишь на миг - промелькнули чувством легкой, снисходительной жалости к гламурным л е н у с и к а м, заполняющим пустоту своих душ вперемежку с матом пустыми, из пальца высосанными проблемами-переживаниями, и тут же мысли эти исчезли, улетели-испарились, потому что его, упоённого счастьем Димку, переполняла пьянящая, радостная, никому не видимая любовь.- А, кстати, где она, наша Лерка? - неожиданно для самого себя проговорил Димка, ещё сам не зная, сам не осознавая, зачем он об этом спрашивает; вопрос с его губ сорвался спонтанно... а может быть, и не спонтанно - надо же было ему, Димону, проявлением внешней жизнедеятельности маскировать то, что у него пылало в душе.- Вон, бля, стоит! Изучает пожарные выходы... - язвительно проговорила Ленусик, кивнув головой в сторону одиноко стоящей Лерки.- Лера! - позвал Димка, повернув голову в ту сторону, куда показала Ленусик. - Иди к нам... есть один неотложный вопрос!И снова... снова слова эти проговорились, вырвались из Димки совершенно спонтанно! Он, позвав Лерку - говоря "неотложный вопрос", вместе с тем понятия не имел, о чём её, Лерку, он может спросить, - ему, влюблённому Димке, просто хотелось... хотелось двигаться, танцевать и петь, потому что прошло уже пять минут, как Расик скрылся в кабине лифта, а это значило, что время его краткосрочной разлуки с Расиком неуклонно движется к концу, что Расик вот-вот покажется вновь... разве этого было мало для ощущения радости? Димкина радость была никем не видима - она, его солнечная радость, весело плавилась у него в душе, но разве это играло какую-то роль? Важно было другое: радость рождала великодушие, и Лерка... то ли Лерка почувствовала, смогла уловила в голосе одноклассника Димки - для девчонок Димочки, для парней Димона - это совсем не обидное великодушие, то ли она решила-подумала, что глупо делать вид, будто интереснее схемы пожарных выходов на свете ничего не существует, а только, секунду поколебавшись, она, Лерка, неспешно подошла к стоящим в центре холла одноклассникам.- Что? - вопросительно посмотрела девушка эмо на Димку. - Какой неотложный вопрос?"Блин! Таким тоном спросила, как если б пришла оказать нам посильную помощь... типа: чем могу вам помочь? Ну, елы-палы... непробиваемая!" - весело подумал Димка, мысленно удивляясь Леркиной независимости; видимо, эту же самую интонацию в Леркином голосе уловила-почувствовала и Светусик, потому что подкрашенные губки у Светусика невольно передёрнулись, сложившись презрительно-возмущенным бантиком, что, в свою очередь, тоже не ускользнуло от веселящегося Димки.- Ты сегодня без телефона... - с невольной улыбкой проговорил Димка, и снова ни в его голосе, ни в его улыбке не было для неё, для девушки эмо, ничего такого, что могло б показаться обидным или насмешливо-снисходительным. - Чего ты без телефона? Мне, конечно, без разницы, но... с телефоном тебя
НАШИ ШЛЮШКИ