Вчера Рудольф сам начал этот разговор. Сначала он снимал меня, потом отложил камеру и спросил:
— Вот ты сейчас здесь, а муж твой дома. Скажи, кто для тебя Максим?
Вопрос был неожиданным и неприятным, словно вдруг грязью окатили. Я старалась не думать об этом. Но сейчас нужно было ответить. Я собралась с мыслями и ответила:
— Он мой муж, - я немного помедлила, - я люблю его.
— Замечательно. Но сейчас ты здесь. Со мной.
— Да.
— А я тебе кто? Ему ты – жена? А мне кто?
— Я принадлежу тебе.
Рудольф тогда задумался надолго.
— Этот хороший ответ. Думаю, нам нужно всё втроём обсудить. Раз уж так повернулось.
— Как скажешь.
Я не считала это хорошей идеей, но перечить не стала.
Вечером переговорила с Максом. Вопреки опасениям он не закатил скандал, а отнёсся сравнительно спокойно. Выспросил подробности и всё.
Встреча состоялась в субботу. Максим почти всё время молчал, солировал Рудольф. А меня вообще никто не спрашивал.
— Всё достаточно просто, - обращался Рудольф к моему мужу. – Любишь-ли ты свою жену? И если да, то насколько? И на что готов пойти? Хочешь, чтобы она оставалась тебе женой?
Максим кивнул.
— Тогда прими, что это будет по моим правилам. Я готов мириться с твоим присутствием в её жизни, но все решения будут за мной. Я – главный, а вы оба – исполнители моей воли.
Макс наконец подал голос.
— Мне не вполне ясно. Каких аспектов нашей жизни будут касаться твои решения?
— Не только сексуальных, а всех без исключения. За собой я также оставляю право наказания, за ненадлежащее исполнение моих требований. Но, разумеется, твоё согласие ничем особым тебя не свяжет. В любой момент ты сможешь уйти.
— Ты спрашиваешь только меня?
— За Лерку я уже всё решил. Она станет делать всё, что мне будет нужно. И, кстати. Так как я тут однозначный Верх, обращаться ко мне нужно на «Вы».
— Но ты... Вы понимаете, я не гей. Если Ваши желания будут касаться...
Рудольф перебил его.
— Успокойся, трахать тебя я не буду. Итак, мои условия приняты?
Макс покраснел.
— Я думаю да.
— Я тоже думаю, что да. Теперь разденься. Полностью.
— Что?
Рудольф был спокоен.
— Что тут непонятного? Встань вон там и сними с себя всю одежду. Я же должен на тебя посмотреть.
Макс встал и неуверенно начал раздеваться. Когда он снял штаны, мне стало за него обидно. Под ними были семейники, а ведь у него есть прекрасное дорогое бельё.
Непроизвольно подумалось: «Какой он неспортивный». Хотя люблю я его не за это. Он воспитанный и умный. И всё знает. И надёжный.
— Повернись.
Макс послушно поворачивается.
— Достаточно. Теперь ты.
Это уже обращение ко мне. Я начала снимать одежду. Как ни странно, но я не стесняюсь Рудольфа, я смущена, что на меня смотрит мой муж. Я снимаю трусики и становлюсь рядом с Максом.
— Ложись на стол.
Рудольф встаёт и сам поправляет меня, чтобы я разместилась на столе, как он хочет. Потом поднимает и разводит мне в стороны ноги.
— Подойди.
Это он Максу.
— Смотри, как должна выглядеть твоя жена.
Он проводит пальцами у меня между ног.
— Видишь, как всё гладко. Потрогай сам. Чувствуешь? Отныне ты будешь за этим следить. Недопустимо, чтобы она начала обрастать. Кстати, я не буду возражать, если ты побреешься и сам.
Макс всё молчит, но я ощущаю, как меня ласкают две разные мужские руки. Это очень необычно и я начинаю течь, как озабоченная сука.
А Рудольф продолжает свои поучения.
— Вот тут пока не трогай. И внутрь не лезь. Дождись, когда она промокнет. Вот так, видишь? Теперь засовывай палец. Один. Будь нежен, это же твоя
Случай из жизни