Человек после депрессии похож на ребёнка. Еще вчера, такой страшный, покрытый зыбучим песком из насилия мир, для него, снова превращается в место удивительное. Полное надежд.
Таким человеком стала Лида, журналистка местной редакции. Лида не была добропорядочным человеком и часто выпивала. Это бы никого бы не смутила, если бы данный процесс не происходил бы в одиночестве, с подушкой в обнимку.
Работником она была ценным и опытным, за что её не могли уволить, хотя проступки были.
Никто не знал, что таиться в этой странной брюнеткев бордовой куртке и порванных, серых джинсах. Она всегда была холодна и отстранена в обществе коллег, хоть и могла иногда ущипнуть дерзким наблюдением кого-то из них Тем не менее, её уважали, хоть и не любили. Уж очень надменной она казалась. Впрочем, её это не волновало.
Интервью Лида брала крайне профессионально и просто. До сих пор, начальство вспоминает о её подвиге коллегами, когда в очередной раз, нужно сделать что-то сверхъестественное и неординарное, желательно с отличным результатом.
— Эй, королева заик, задание пришло — процеживала сквозь зубы пышногрудая блондинка с голубыми глазами по имени Настя.
Настя была любовницей босса и была главным центром влияния среди коллег в редакции. Даже мужчины сотрудники её остерегались и в основном не спорили с ней, выполняя задания как получится.
Однако, если Лиду уважали, то Настю, иногда не могли терпеть даже её подручные гиены-полруги, которых она часто унижала и чморила, чтобы ставить в стойло.
Лида как им всегда молчаливо подходила к Насте за очередным поручением.
— Ну что ? Светочь всех немых заик ? Готова работать ? Или снова вискарем затянешься ? — проговорила с едкой иронией Настя, малюя толстые губы перед монитором дорого макбука.
—Готова. — Проговорила безэмоциональное Лида, поправляя локоны своих чудесных черных волос, которые слезали прямо на глаза, создавая особый шарм девушки.
— Надо же ! Ну сегодня точно снег растает. Короче, берешь Павлика и идёте в дом ветеранов снимать репортаж об отваге и силе русского духа. Желательно, чтобы было проникновенно как в Голливуде, и не сильно дорого как в Каннах. Так же, возьмите интервью у их родственников, ну типо, с бойцами их семьи, в их сердцах. Посыл понятен ? — проговорила Настя, поправив бретельку своей дорогой, коричневой блузке от дольче.
— Как обычно в общем.
— Сечёшь фишку. И кстати, хотя бы в этот раз надень что-нибудь нормальное. — произнесла Настя, поправляя свою элегантную укладку волос.
— А что не так с моей одеждой ?
— Выглядишь не как журналистка, а как тётя Вера из цветочного. Надень платьице какой нибудь или юбчонку, глядишь и мужика с деньгами как раз найдёшь и бухать перестанешь. Короче, поменяй лук, мы же модное издание.
— Без проблем. Одежду я поменяю, когда мода на шлюх пройдет. — произнесла гордо Лида и пошла к отдел к операторам.
Настя осталась недовольной таким неоднозначным заявлением.
В отделе операторов сидели не только они, но и монтажёры, которые монтировали сюжеты на старых компьютерах, которые издавали звук, похожий на шум прибоя в тихом океане.
Сидящая там, розововолосая Алиса с модным каре, где одна часть головы была побрита в области висков, а другая была с длинными волосами, корпела там над сюжетом с фермером у которого всё хозяйство залило водой во время наводнения из-за резко тающего снега.
— И вот скажите мне, какого хера этот дед у вас так всрато снят ? Вы линзы на камерах меняли когда-нибудь ? Мне что, для тех у кого глаукома или которакта монтировать ?— Изящным и мелодичным голосом цедила Алиса, добавляя свои фирменные рабочие словечки по типу "Шейдер, фрейм".
Происшествие в ординаторской.