Кольца, начавшие было замедляться, словно топка паровой машины, подхватили новую порцию энергии и принялись ускорять свой ход.
Через какой-то десяток секунд от «Сферы» начал исходить явный, всё усиливавшийся гул – кольца так разогнались, что с огромной скоростью и гудением рубили воздух! И лишь невероятно высокая точность исполнения механизма защищала его от того, чтобы не взорваться от сил вращения, гнавших вибрацию по массиву металла.
А ещё через пару секунд Марибелл, ужаснувшись, увидела, как в центре «Сферы», размытый маревом стремительно пролетавших колец, вспыхнул яркий, серебристый огонёк!
— Достаточно, мисс Уортон, - округлив от шока глаза, произнесла вдова, совсем позабыв о фальшивой фамилии Марибелл. – Этого вполне хватит!..
Мари её не слышала, заворожено глядя на искристое сияние внутри механизма, уже просто скрипевшего и трещавшего от бешеной скорости вращения. Глаза девушки неотрывно следили за серебристыми сполохами, а сердце в груди грохотало едва ли тише, чем шумела «Сфера».
— Мари, прекрати! – опомнившись от завораживающего зрелища, воскликнула Колайн. – Эта штука сейчас лопнет!..
Девушка даже рванулась вперёд, чтобы силой разорвать контакт между машиной и руками возлюбленной, но Марибелл услышала позвавший её голос и сама отдёрнула руки, подняв их широко в стороны, словно намеревалась весь мир одарить дружеским объятием. Её восхитительная грудь колыхалась и ходила ходуном от возбуждения, а в голове металась одна только мысль:
«Это правда!..»
— Леди, прошу меня простить, но требуется кое-что уточнить и пометить, - налёт снобистской надменности давно исчез с лица вдовы, а её дрожащая рука тянулась к записной книжке, лежавшей неподалёку на кофейном столике.
Стрёкот колец, постепенно затихал, когда Эмми и Колайн обсев с двух сторон, успокаивали Мари. Впрочем, хотя они и говорили что-то утешительное, но явно были напуганы куда больше, чем сама Марибелл. А то, как они почти без стеснения ласкали упругие груди Мари, ища в этом умиротворении, явно говорило – девушки были явно на взводе.
Миссис Бадминтон не обращала никакого внимания на эти вопиющие вольности, листая блокнот, перечитывая и делая свежие пометки на страницах. Не требовалось каких-то специфических знаний, чтобы понять – для вдовы Марибелл ушла далеко за грань привычного и тоже немало испугала женщину.
— Мари, - едва слышно шептала Колайн. – Мы слишком рискуем уже тем, что обнаружили подобные возмущения зауберита в твоём теле при посторонних!..
— Ты думаешь, она лжёт? Думаешь, она с «Группой».
— В том то и дело, что я даже не знаю, что думать, - бросив короткий взгляд на вдову, вновь зашептала Колайн. – Не считай меня неблагодарной дрянью, но может быть маркиз Густав ошибся? Он хороший человек, раз стремился нам помочь. но вот с ней он давно не виделся... Сам же говорил!.. За эти годы многое могло измениться...
— Уверяю вас, девушки, я не опасна и не причиню вам вреда, - не отрывая взгляда от страниц и продолжая излагать мысли на бумаге, произнесла вдова. – А вы, мисс Вайет, если впредь захотите посплетничать со своей возлюбленной, разговаривайте на пару тонов ниже, иначе вас услышат и в Лондоне.
— П-прошу прощения, мэм, - понурив голову пробормотала Колайн, но в туже секунду встрепенулась. – Это недоразумение!.. Вам показалось!.. Мы совсем не!..
Вдова наконец оторвалась от записной книжки и взглянула на юную Тейт так, словно перед ней была душевно больная.
— Я должна указывать вам на очевидные факты? На то, что трио из двух футанари и смазливой девчонки, воняющих спермой на всю округу, с обожанием смотрят друг на друга? Какие выводы я должна делать? – качнув головой, она вновь уткнулась в записи, пробормотав. - Не разочаровывайте меня своей глупостью, мисс
Научный руководитель