вот этим? — с улыбкой спросила Ванесса, слегка касаясь его напряженного, затянутого в бриджи, мужского инструмента. Ее мимолетная ласка заставила его от возбуждения стиснуть зубы.
— Вполне возможно. Надеюсь, ты тоже будешь свободна? — зашептал он.
— Ну же, милый, ведь мы всего лишь словесно фехтуем, не так ли? Но твой долг так же ясен, как и долг дочери перед своим отцом. Взнуздай ее, Эрик, ведь я уже продемонстрировала тебе несколько восхитительных видов ее любовного пастбища. У нее теплая и мягкая киска, чистые и ясные глаза, а как будут набухать в твоей ладони ее груди, ммм... Уверена, что у нее хватит любовного жара, чтобы покориться твоей воле, но ты должен быть тверд с ней. Рассеки ее своим жезлом и не вздумай глупить. А я пока займусь Маргарет, правда поначалу ей нужно принести влажную фланель, чтобы охладить ей лоб.
— Тогда до вечера, — упрямо ответил Эрик, как будто вопрос, о котором она говорила, имел для него меньшее значение.
— Да, до вечера. А там видно будет.
Медленно направляясь в ближайшую ванную комнату, Ванесса украдкой посмотрела на его уход с довольной улыбкой на лице. Сейчас она ни в коем случае не собиралась беспокоить Маргарет, так как ее мальчикам должно было казаться, что их тетя — их единственная соблазнительница. Впрочем, как и самой Маргарет. Сейчас оба мальчика до краев заполнили своей спермой ее сладкую норку, на ее спине, придавленной их весом к полу (упражнение, которое она нашла довольно очаровательным) остались отметины, после чего она перешла в кровать и лежала, поигрывая с их наполовину ослабевшими членами.
Что же касается Фреда и Джорджа, то они не то чтобы наслаждались, а скорее удивлялись, что подобный разврат может продолжаться без помех столь долгое время, и, как тонко почувствовала Маргарет, из-за этого открытия уже начинали немного нервничать. Однако уверенная в том, что Ванесса единственная, кто крепко держит в руках ключ от ее комнаты, осмелевшая леди взяла на себя смелость по очереди ласкать ртом и сосать их скользкие от любви символы мужской силы, вновь заставив их стонать и двигать бедрами.
— Ну, мои дорогие, вы же еще не закончили играть со своей тетушкой, не правда ли? — с жаром спросила она, и это приглашение вызвало бурю восторга у обоих. Пока она говорила, стоя перед ними на коленях, мальчики лежали по обе стороны от нее, а ее длинный широкий язык нежно двигался вверх и вниз, лаская и облизывая их крепкие молодые стержни.
— Ааааахххххгггр! Я... Я... Хочу сделать это тебе в рот, тетя, — простонал Джордж, судорожно двигая своим раскаленным органом между ее нежными сосущими губами.
— Но тетушка предпочитает все делать по-другому, не так ли? И как же ей нравится делать больше всего, Фредди?
С легким вздохом удовольствия ее младший племянник почувствовал, как ее теплый, манящий рот втянул в себя его собственное напряженное естество. Ее губы не останавливались, двигались вверх и вниз по тонкому стержню, нежный язык порхал вокруг возбужденной плоти.
— Когда... О... О... Оба вместе... Одновременно? — выдохнул он, судорожно дернув бедрами, когда этот медовый женский рот оставил его гребень.
— Умница! Какой же ты хороший мальчик! Да, ваша тетя любит, когда один член у нее в киске, а другой — одновременно в попке, мои ангелы. Джордж, лежи спокойно и держи ноги вместе, пока я буду усаживаться на тебя. А Фредди будет действовать как форейтор и одновременно поработает своим членом в моей попочке. Ах, вы развратные мальчишки! — воскликнула Маргарет, когда Джордж чуть ли не силой натянул ее
С Лучшим другом. Неужели это случилось!