Кабинет был разделен на два помещения – небольшой предбанник со стульями и вешалкой, и большая комната.
— Снимайте верхнюю одежду и проходите в комнату досмотра, - деловито распорядилась блондинка. – Сумки можете оставить здесь.
Моё пальтишко и Катина шубка заняли свои места на вешалке. Комната досмотра представляла собой квадратное помещение с решетками на окнах. Из мебели здесь присутствовал только стол и два стула. Кроме того, у стены стояли большие напольные весы и ростомер. На стене – таблица, на фоне которой фотографируют заключённых. Оказалось, что блондинка в комнате не одна. Помимо неё присутствовала молодая темноволосая женщина в белом халате. Она сидела за столом и внимательно разглядывала наши карточки.
— А что, Ольга Петровна, нельзя было их после обеда осмотреть? – раздраженно сказала она, обращаясь к блондинке. - Пятнадцать минут до перерыва осталось. Пока с ними провозишься, в столовке все съедобное разберут.
— Да ладно, Ань, дело-то недолгое, - возразила блондинка. Вещи потом посмотрим. Я сегодня пораньше отпросилась. У сына день рождения. Мне бы этих до обеда определить.
— Причитается с вас, Ольга Петровна..., тяжело вздохнула Анна, вставая из-за стола и надевая латексные перчатки. - Только ради вашего сына.
— Спасибо Ань, - обрадовалась Ольга Петровна.
— Как тебя там, - Анна заглянула в бумажку, - Лукоянова. - Разувайся, становись сюда, - она указала на резиновый коврик, расстеленный посреди комнаты.
Я избавилась от сапожек и сделала три шага вперёд.
— Снимай с себя одежду. Все, догола!
Мне очень захотелось спросить «зачем», но секунду поразмыслив, я сочла этот вопрос неуместным. Нужно привыкать к мысли, что здесь мы - никто. К нам будут относиться как к бездушным живым (пока живым) куклам.
— Кожные покровы посмотрим, - словно прочитав мои мысли, объяснила Анна. - На предмет венерических заболеваний. Колюще-режущие предметы, оружие при себе есть?
— Нет, - честно ответила я.
— Платье.
Расстегнув молнию на спине, я стащила платье через голову, положила на стол.
Анна взяла его в руки, тщательно проверила карманы, прощупала все швы.
— Дальше.
Я стянула тёплые носки и колготки, оставшись в нижнем белье.
— Трусы снимай, - распорядилась Анна. – И бюстгальтер.
Чуть поколебавшись, я подсунула пальцы под резинку чёрных кружевных трусиков, спустила их с бёдер, сняла и положила на стол. Потом, заведя руки за спину, попыталась расстегнуть лифчик. Проклятые крючки никак не хотели расстегиваться.
— Давай быстрей, чего там возишься, - недовольно произнесла женщина.
Ольга Петровна пришла мне на помощь: расстегнула застежку, резким движением сорвала с меня лиф, передала его Анне.
Теперь я стояла посреди комнаты полностью обнаженной.
Анна брезгливо прошлась пальцами по моему нижнему белью.
— Так, кожа чистая, - сказала она, окинув меня цепким взглядом с ног до головы. - Теперь присядь три раза, ноги пошире раздвигай.
— Зачем? – вопрос вырвался сам собой, помимо моей воли.
— Затем, милочка, что некогда мне твою дырку осматривать, - строго ответила Анна. - Если что есть у тебя внутри, само выпадет. Некоторые дурочки себе туда всякие запрещённые предметы запихивают.
Сгорая от стыда, я присела три раза, стараясь держать колени разведенными.
— Умница, - похвалила меня Анна. – Теперь расставь ноги, возьмись пальцами за половые губы и раздвинь как можно шире.
— Я..., не могу, - покраснев до корней волос, ответила я, глядя в пол.
— Могу, не могу..., делай, что тебе говорят! – обозлилась Анна. – Мне на твои прелести глядеть никакого удовольствия. Я делаю свою работу и все. Будешь выёживаться – схожу за ремнём и выпорю тебя прямо здесь так, что на задницу не сядешь.
Мой начальник лучший!