мокрыми ягодицами. Деваться было некуда, пришлось старательно обрабатывать нежную кожу. Сфинктер был не так податлив, как сразу после члена, поэтому я опустился ниже. Влагалище, приветливо приняло его и я невольно вспомнил, как оно беззастенчиво выворачивалось… как принимало чужой член… Чёрт, нам ещё к гостям возвращаться! Марина подмахивала бёдрами, лишь тяжело дышала. Наверное, она тоже помнила о толпе посторонних людей поблизости.
— Всё, спасибо, - неожиданно холодно сказала она и отстранилась. – Поменяй полотенце. Ты же видишь, как я теку, после чужого хуя.
Ого! Что это с ней? Такой лексикончик, таким тоном… Какое-то время я сражался с булавками, но у меня всё получилось. И когда я выпрямился, оправляя платье, то… кажется, я понял в чём дело. Вот только, как её убедить, что дело было в настолько сильном запахе? Мне казалось, что оправдание, звучит хуже обвинения.
— Марина, помнишь мы много говорили про честность, откровенность и прочие красивые вещи.
— Конечно, помню, - так же холодно проговорила она. – Это было не так давно.
— Замечательно. Тогда, хочу сейчас от тебя предельной откровенности. Если ты ответишь на мой вопрос "да", я тебя очень сильно и больно выпорю. Без игр, по-настоящему. Теперь вопрос. Ты решила, что я задержался, потому что ты занималась сексом с другим мужчиной?
Марина колебалась.
— Почему? Почему ты меня накажешь, если я соглашусь?
— Потому что много раз и в различной форме я говорил, что люблю тебя. Потому что ты не бросила меня, узнав про близость с Эльвирой. Потому что ты знаешь о моём сексе с матерью. Потому что, в последний момент я тебе сказал, что моё отношение к тебе не изменится. Потому что, я сам смотрел на всё это. Потому что, я вместе с Олегом заталкивал член в твой рот. Я могу ещё долго продолжать…
— Не надо. Я люблю тебя так сильно, что не представляла, как бы ты смог меня оскорбить. Я бы многое приняла… Но если бы ты усомнился в этой любви… Хорошо, лучше это сделать сегодня. Не хочу такое затягивать. Можно, при Эльвире с Ниной. Думаю, наказание будет сильнее, если они увидят меня в такой момент.
— Порки не будет. Я тебя прямо сейчас накажу. Я скажу правду, почему я промедлил. От тебя безумно сильно пахнет. Под платьем, этот запах просто невыносим. Помнишь, ты говорила, как на мужчин действует запах женщины? Постарайся, всегда держаться на виду, иначе тебя затащат в кусты, и изнасилуют. Или, залей себя духами. Или, ты всё же снимешь эти трусики.
— Теперь, точно не сниму. Но… их можешь снять ты! Не знаю, что там задумывала Анжела, но мы сами придумали себе испытание и с честью его прошли… - она секунду поколебалась. – Да? С честью?
— С такой женой, мы все испытания будем проходить с честью, - пафосно ответил я, вновь задрал ей подол и вцепился в узкие тесёмки.
Не совсем, вцепился… Они так сильно врезались в кожу, что я с трудом подсунул пальцы и едва протащил их по широким бёдрам. Чем-то бы их разрезать. Ничего острого у меня не было, а бежать к столу за ножом… Наконец, мокрый смятый комок оказался у меня в руках, и я поднёс его к лицу жены.
— Фу-у-у, - она сморщила носик. – И ты всё равно вылизывал? Господи, Игорь! Не представляла, насколько ты любишь меня! Мне теперь так стыдно, что я сама хочу наказания. Давай, не отменим, а просто его отложим? Когда у тебя будет плохое настроение или тебе надо будет сорваться… Сделаешь это на мне. Хорошо?
Наша мама ? проститутка.