Эллисон некоторое время играла с пенисом сына, нежно поглаживая его и дразня головку. Затем она осторожно взяла головку в рот и пососала. Однако, прежде чем Крис успел схватить ее за голову, она отстранилась. Он был в том состоянии, в каком она хотела. Улыбаясь, она встала и сказала: — Это просто для того, чтобы ты не забыл, чего тебе не будет хватать. — Она наклонилась и страстно поцеловала его, а затем с улыбкой отстранилась. Она повернулась и вышла из комнаты, оставив его с разинутым ртом и пульсирующим членом.
— Маааам! — – крикнул вслед ей Крис, но ее уже не было. Поскольку она не могла запретить ему мастурбировать, то он получил некоторое облегчение, но это была плохая замена настоящему сексу.
***
Следующие несколько дней стали для Криса настоящей пыткой. Его мать делала все возможное, чтобы подразнить его. Каждый вечер она, как обычно, заходила к нему. Она приходила в своем шелковом халате, который несколько раз спадал с ее плеч, оставляя обнаженной большую часть одной груди. Затем она целовала его и говорила, что любит его, но оставляла его в состоянии сексуальной неудовлетворенности. По вечерам она находила кресло напротив него в семейной комнате и непринужденно садилась. Всякий раз, когда ей казалось, что Брэдли не видит, она раздвигала ноги, обнажая свою голую вагину. Вскоре Крис вставал и шел в свою комнату, где продолжал заниматься, а затем дрочил перед сном.
Элисон не знала, сработает ли ее стратегия, но ей было очень приятно дразнить его. Крис стал очень покладистым и послушным. Он вдруг стал идеальным сыном. Она знала, что он надеется, что она отступит. Несколько раз с ней это почти случилось, но она знала, что должна быть твердой, потому что на карту поставлено очень многое. Однако была и обратная сторона... Она была очень расстроена. Вполне вероятно, что с тех пор, как она узнала, что беременна, ее либидо стало зашкаливать. Мастурбация тоже была для нее плохой заменой.
***
— Значит, этот доктор Лора — твоя хорошая подруга? — спросил Крис, отвозя мать в кабинет врача.
— Да, мы были соседками по комнате в колледже. Ты встречал ее раз или два на вечеринках.
— Я ее не помню.
— Она хороший акушер-гинеколог, и я ей доверяю.
— Хорошо, — сказал Крис, посмотрев на свою мать, а затем вниз на ее ноги. Ее короткая юбка сползла вверх по бедрам, открывая участок сливочно-белой кожи.
Эллисон заметила взгляд сына и сказала: — Будь внимателен за рулем. Кроме того, на мне — трусики. Не стоит ходить к врачу без трусиков.
Они остановились на красный свет, и Крис сказал: — Покажи мне их.
Элисон почувствовала, как ее пробирает дрожь. Казалось, каждый взгляд сына возбуждал ее. Прошло уже шесть дней с тех пор, как она последний раз занималась с ним сексом, и она была готова лезть на стену. Ей казалось, что его наказание было хуже для нее, чем для него. Вздохнув, она слегка повернулась на сиденье и подтянула колени.
— Красный — мой любимый цвет, — сказал Крис, глядя между разведенных бедер матери. — Боже, мама, я схожу с ума. Я не знаю, сколько еще смогу выдержать.
"Я тоже не знаю, сколько смогу выдержать", подумала она. "Оставайся сильной."
— Ну, у тебя есть еще несколько недель. Кстати, разве твой тест не завтра?
— Он был сегодня, — ответил Крис, отъезжая от светофора. Однако поток машин внезапно вернулся назад, и он резко остановился.
Просто рассказ