она, её голос был сильным, но густым, густым от чего-то сверх напряжения от переноса её веса на живот. — У тебя сломана рука? Взгрей меня сильней, парень! — Её тон был насмешливым.
На мгновение я забеспокоился о том, какой эффект это произведет на Сонни, этот её тон и выбор слов. Но я предположил, что она приманивает его.
Когда Сэмми посмотрел на меня, я мельком увидел взгляд "не трахай Сэмми", который у него получался в очень редкие моменты, когда гнев поднимался в нём. Следующий удар не был мягким. Саша завыла и снова скрылась из виду. Ей удалось получить то, о чем она просила.
— Восемь, — смогла она сквозь дрожь своего голоса. Сэмми ударил её снова, сильно. — Оооооо боже, девять. Моя задница горит. Я вся мокрая. Если ты войдешь в меня, то сможешь заставить меня кончить!
Все посмотрели на меня, и хотя мне это нравилось, я все равно пожал плечами.
— Сэмми, дай Энни еще раз попробовать её на вкус. — Сэмми кивнул и переместился позади женщины. Она опустила свою задницу, и он смог ухватить её. Саша вздрогнула, но была верна своему слову, когда он вошел в неё, она закричала, и все её тело выгибалось, выгибалось и выгибалось, испытывая границы и диван жестокостью своего оргазма. Наконец она расслабилась и успокоилась. Сэмми не сумел остаться в её пизде, а стоял с хуем, с её застывшим соком. Он натянул на себя одежду и умчался за дверь, оставив мой ремень рядом с Сашей.
Я ничего не сказал. Наконец, Лэндон, его лицо вернулось к своему нормальному цвету, сделал шаг. Наблюдать за ним было почти комично. Я видел, что он хотел поднять ремень, но что-то внутри него сопротивлялось. Он сделал еще один шаг, но потом остановился и не двигался. Как и мы все.
В этот момент Мелисса освободилась от хватки Брента на своей заднице и нашла небольшую стопку одежды Лэндона, которую она собрала после того, как он вернулся после траха с Энни. Очень сознательно она приподняла его белые слаксы и вытянула его широкий черный ремень через петли, но очень медленно. Сидя на диване, Саша попыталась приподняться, чтобы посмотреть на нас, но для этого она была слишком слаба.
— Выеби меня или отшлепай! — сказала она напряженным голосом скрюченного человека.
Мелисса подошла к Лэндону и предложила ему его собственный ремень. Почти автоматически он взял его. Но затем он оглянулся на меня, и я увидел нечто, что казалось таким непохожим на него; я увидел неуверенность. За ней я увидел неистовое желание, которое, как я думаю, увидела и Мелисса. Она коснулась его руки.
— Если бы это была я... когда это буду я, я бы пожелала, чтобы ты сделал это, Лэндон. Бей сильно, малыш, очень, очень сильно! Заставь её кричать! — сказала она, а затем повернулась к нему спиной и поднялась по двум ступенькам туда, где стояли остальные.
— О, пожалуйста, пожалуйста! Сделайте что-нибудь! — ныла Саша, не подозревая о драме, разворачивающейся за её краснеющей, извивающейся попкой.
Лицо Лэндона затвердело, и он переместился, встав рядом с идеальной попкой Саши. И хряпнул ремнем поперек неё с громким треском. Саша вздрогнула и подпрыгнула, запоздало воскликнув: — Девять, сэр.
Лэндон ударил её еще десять раз, варьируя силу и частоту ударов. После каждого удара Наташа называла счет. По крайней мере, дважды она конвульсивно вздрагивала в неистовых кульминациях. Но на двадцатом ударе её голос сорвался, и она разрыдалась, сильно плача. Лэндон не двигался.
Брент придвинулся к нему, два обнаженных парня уставились на пылающую попу женщины. Брент подвинул
До реки было совсем близко