Примерно через месяц после того, как я начал работать с Джимом, я пришел домой и получил неожиданное телефонное сообщение.
— Алиса звонила, - сказала мне мама. - Она хочет, чтобы ты ей перезвонил. Сказала, что пыталась позвонить тебе на мобильный, но он не работает. У нее новый номер телефона, вот он.
Мама дала мне листок блокнота с номером Элли.
Я покачал головой, скомкал записку и выбросил её в мусорное ведро под раковину.
— Не хочу. Мне не нужно разговаривать с ней, мама.
Я повернулась, чтобы идти в свою комнату.
— Реми! Ты должен позвонить ей.
— Мама, я пытался поговорить с ней до слушания по делу о разводе. Я пытался поговорить с ней на слушании по делу о разводе. Я пытался её вернуть через месяц после развода. Я пытался... Она не согласилась с тем, что я сказал, поэтому сейчас нет необходимости с ней разговаривать.
Я обнял маму.
— Я не дуюсь или что-то в этом роде, я же не подросток. Я просто не хочу с ней разговаривать.
Через несколько секунд я добавил:
— Мама, мне всё ещё слишком больно. Пожалуйста, уважай мои пожелания.
В течение следующих четырех месяцев весны и лета я занимался каркасным строительством домов, рядовым плотником в компании Доусона.
Работа была тяжелой, дни начинались рано утром и заканчивались в сумерках. Мы должны были использовать теплую погоду и сделать как можно больше, пока нас не застигли холодные дожди и холодная зима.
После того, как я несколько раз ударил молотком по большому пальцу вместо шляпки гвоздя, я быстро восстановил и превзошел те таланты, которые у меня были, когда я был моложе.
Я также быстро вспомнил, почему я пошел в колледж и получил образование. Вскоре я возглавил бригаду каркасников и помогал с отделочными и столярными работами.
Строить дома - нужная и почетная профессия. Но раньше это было не для меня. Вот почему я пошел в школу и в институт.
Теперь я не был так в этом уверен.
В моей работе была симметрия и гармония. И это было то, что мне нужно в тот момент.
В моей жизни появилась женщина.
Это дочь Джима, - Конни. Простая девушка, закончившая школу здесь в Ван-Бюрене, вышедшая здесь замуж и работавшая с отцом, помогая ему с учётом и бухгалтерией.
Полгода назад она развелась с мужем. Поймала его на измене с какой-то проезжей шлюшкой и не простила.
Мы с ней пару раз сходили на свидание и теперь, приходя на стройку, она подходила ко мне и, привстав на цыпочки, целовала в щёку.
Я думал:
— Ну а что? Надо жить дальше. Я ведь не собираюсь хоронить себя заживо. А Конни, она очень хорошенькая. Такая кругленькая там, где надо, курносенькая, с пухлыми губками. И она очень серьёзно относится к браку. Так как сделала Элли, Конни не поступила бы никогда. Может это моя судьба. Если всё пойдет так и дальше, я, пожалуй, женюсь на ней. Заведу кучу детишек, и буду вечерами сидеть на террасе, в кресле качалке, и наблюдать за беготнёй малышей по газону.
Ещё дважды за эти четыре месяца мама или папа вручали мне записку с номером телефона и сообщали, что звонила Элли. Дважды я просто кивал, комкал записку и выбрасывал её.
— Ты должен попытаться вернуть её, - однажды сказала моя мать, - поговори с ней.
— Я не буду говорить с ней, мама. У неё уже было несколько поклонников. Вероятно, она хочет сообщить, что выходит замуж. Зачем мне это? К чему мне это знать?
В начале пятого месяца моей работы на стройке я пришел домой прохладным пятничным вечером после
Шлюха Лиля