нежной мелодии. Я вдыхал ее духи и трепетал, когда соприкасались различные точки наших тел.
Она отстранилась от меня и сказала:
– Я должна быть на тебя сердиой.
Озадаченный, я спросил, почему.
– Ты оставил меня наедине с Джейсоном Федером. От него у меня мурашки бежали по коже. У него хватило наглости сказать мне, не спросить, а сказать, чтобы я пошла к нему домой.
Я ответил, что мне очень жаль, а она сказала, что я могу загладить свою вину, пригласив ее на свидание в пятницу. Потом прижалась ко мне, и я бы согласился на все прямо тогда.
Мы начали встречаться и вскоре договорились стать эксклюзивными. Это не помешало Федеру все еще пытаться встретиться с Лорой. Лора присоединилась ко мне и Бену в нашей небольшой неформальной беседе, когда мы спорили над гипотезой Ходжа, а Федер пользовался любой возможностью, чтобы нас прервать. А после пришел в такое отчаяние, что предложил свою помощь. Как он ни старался, ему не удалось вбить клин между мной и Лорой, и после учебного года мы с Лорой поженились.
***
В течение следующих четырех лет я был в блаженстве, будучи женатым на самой прекрасной женщине на свете. Мне нравилась моя работа и дружба с Беном. Наконец-то я помог восстановить купленный мной Harley-Davidson Electra Glide 1969 года выпуска, и теперь у меня было право хвастаться всякий раз, когда я ходил в Jocko's, захудалый байкерский бар, с которым меня познакомил Бен. Единственной ложкой дегтя в бочке меда было то, что гипотеза Ходжа продолжала от меня ускользать.
Однажды я отвлекся от уравнений. Я был на перепутье в своих вычислениях, и казалось, что, какое бы направление ни выбрал, переменные вели в одностороннем направлении к бесполезности. Я уже начинал отчаиваться, что когда-нибудь совершу еще один значительный прорыв в этой Гипотезе. Я начал думать, что, если бы не решал эту гипотезу, то возможно, смог бы вырастить студента, который ее решит. Это заставило меня задуматься о том, насколько слабы наши начальные уровни обучения детей. Что было необходимо, так это толчок, который заинтересует детей математикой. Я продолжал развивать свою идею до тех пор, пока вся она не воплотилась в жизнь.
В субботу вечером мы отправились к Бену жарить стейки. Поев, мы сидели во внутреннем дворике и расслаблялись. Вот тогда-то я и поднял эту тему.
– Ребята, я хотел бы на секунду поговорить о работе.
Это вызвало несколько стонов, но я двинулся вперед.
– Послушайте, образование на дошкольном и начальном школьном уровнях ставит американских детей в крайне невыгодное положение в области математики. Мы должны что-то сделать, чтобы обратить эту тенденцию вспять. Сейчас, в силу нашей культуры, единственный способ привлечь внимание детей – это развлекать их. Что нам нужно, так это написать сценарий некоторых шоу, обучающих основам математики таким образом, чтобы дети получали бы знания и побуждения желать учиться больше. Что, если мы используем университетскую систему вещания, объединив вещательную систему и продюсеров шоу? Мы пригласим знаменитостей прийти и провести час, весело и с удовольствием обучая математике.
Моя идея вызвала некоторое обсуждение, и я видел, что Бен и Лора пришли в восторг от этой перспективы. Я не сказал ни одному из них, но собирался настоять на том, чтобы именно они стали соведущими шоу. Как только все предварительные вопросы были решены, премьера шоу состоялась и имела бешеный успех. Трансляции велись по всей стране и приносили университету доход.
Это также обогатило меня, Лору и Бена. Благодаря этому шоу Лора и Бен стали хорошо известны, а я продолжал каждую неделю писать сценарии для шоу. Это занимало нас в
Маринины подруги. часть 1