Я перевел взгляд с него на толпу, уже очищавшую танцпол.
— Не уверен, что они захотят...
— Только одну или две. Смешай их. Не объявляй своими, и они никогда не узнают.
— Если только они не полный отстой, - сказал я.
Он рассмеялся.
— Да, все может быть.
Я пожал плечами.
— Посмотрю, что можно сделать.
***
Попав опять на сцену и снова подключившись, я оглядел толпу и увидел, что вернулась Уитни и огляделась в поисках своего напитка. Его ей протянула Ребекка, и они обе повернулись к сцене.
Не сводя глаз с Уитни, я взял акустическую гитару Taylor, надел каподастр на второй лад и наклонился к микрофону.
— Вон там, у бара, есть пара очень красивых дам, вокруг которых нет парней, приглашающих их на танец. Примерно через десять секунд я сыграю небольшой медленный танец, и надеюсь, что кто-нибудь пригласит их на танцпол, прежде чем я начну.
Я видел, как Ребекка рассмеялась и приняла первую протянутую ей руку. Уитни, с другой стороны, казалось, съежилась. Затем к ней шагнул стройный мужчина лет сорока и протянул руку, и она, слегка поколебавшись, приняла ее и последовала за ним.
Я перебирал струны пальцами, и почти все сразу узнали песню. Ее голова лежала на плече мужчины, я видел, как двигаются ее губы, когда дошел до припева:
Зимой, весной, летом или осенью
Тебе нужно лишь позвать,
И я приду к тебе, да, да, да,
Ведь у тебя есть друг.
***
— Это было просто чертовски здорово, сынок, - изливался Ферлин, стоя за стойкой бара и пересчитывая чеки и складывая пачки наличных в маленькую банковскую сумку. - Ты их сковал и удерживал. Просто удивительно.
Я потягивал пиво, свое первое за вечер, пока Марла и Дениз подметали, мыли и таскали огромный мусорный бак, чтобы собрать пустые бутылки и банки, разбросанные повсюду. Я сделал еще один глоток и устало улыбнулся. Чувствовал себя отлично. Я давно такого не делал, и теперь понял, что мне этого не хватало. Очень. Игры, толпы, энергии. Даже просто играть для толпы в баре было весело, если ты мог войти в их ритм и сыграть то, что они хотели услышать, чтобы они были счастливы и на время забыли о своих заботах. Сегодня вечером я сделал это. Я не хотел останавливаться, и Ферлину пришлось выйти на сцену без двадцати два, чтобы объявить последнюю песню, а потом все должны были начать убираться, пока не приехали копы и не закрыли его.
— Слышишь меня? - спросил он, внезапно встав прямо напротив.
— Прости, - сказал я, поворачиваясь к нему лицом.
— Я спросил: «Сколько хочешь за сегодняшнюю игру?»
Я покачал головой.
— Ничего.
— Так не пойдет, - ответил он, его голос стал низким и серьезным. - Ты сделал мне кучу денег. И вытащил меня из передряги. Если бы тебя здесь не было, это место было бы мертво.
Я пожал плечами.
— Ничего страшного. Об этом не беспокойся.
Он подтолкнул ко мне через стойку четыре стодолларовые купюры.
— Это немного меньше, чем я бы заплатил Golden Rodeo, но там целая группа.
Я посмотрел на деньги, потом снова на него.
— Я не хочу их, Ферлин.
— Ты их возьмешь.
— Нет, не возьму.
— Да, возьмешь.
— Возьми эти чертовы деньги, - крикнула Дениз. - Он не уйдет, пока ты этого не сделаешь, а нам пора идти домой.
Я переводил взгляд с Дениз на Ферлина и обратно, и на моем лице расплылась широкая
Мой молодой начальник