— Я свяжусь с Ником, а затем с тобой - где-нибудь на этой неделе, хорошо?
— По-моему, звучит здорово.
Я смотрел на телефон в течение пяти минут после того, как повесил трубку. Возможности были безграничны. Я мог бы сменить профессию, может быть, получить свой шанс на успех. Я представлял себе, как колышутся толпы, когда я заполняю стадионы, полные людей, пришедших посмотреть на Марка Робертса.
Потом настроение прошло, и я взял ключи, чтобы сходить в магазин за продуктами, прежде чем отправиться на футбольный матч
***
Я стоял у в гастрономическом отделе, ожидая, когда будут завернуты, взвешены и помечены для кассы мои картофельный салат, салат из свежей капусты и сыры.
— Приняла тебя за прихожанина, - сказала она у меня за спиной.
Я повернулся и посмотрел на Ребекку Галарза.
— Мэм, - кивнул я, вяло улыбнувшись ей, прежде чем повернуться и забрать свои закуски.
Прежде чем я успел отъехать, Ребекка столкнулась своей тележкой с моей.
— Ты был очень хорош прошлым вечером, - сказала она, сияя яркой улыбкой. - Действительно хорош.
— Спасибо.
— Так вот чем вы занимались там, в Мемфисе? Когда не был занят освобождением невиновных и был, как правило, просто блестящим молодым адвокатом, ты еще находил время, чтобы стать знаменитым кантри-певцом?
— Нет. Не делал этого уже много лет. По крайней мере, игрой перед публикой.
— И поэтому сбежал сюда, в Грант Сити. Потому что мы - своего рода Мекка барных групп, и ты пытаешься уйти от закона и добиться больших успехов в музыке?
Ее глаза и легкий, дразнящий тон говорили, что ей это доставляет удовольствие. И это было заразительным. Я почувствовал, что улыбаюсь ее игривости, оглядывая ее повседневный наряд в виде выцветших джинс и футболки.
— Ты меня оцениваешь, мистер джентльмен с Юга?
Я усмехнулся.
— Прости, но ты можешь сделать так, что и мешковина выглядит привлекательно.
— Привлекательно?
— Безусловно.
— Умеешь польстить.
— Стараюсь.
— У тебя получается, - сказала она, подняв бровь и окинув меня взглядом, - когда потрудишься попытаться. У тебя есть какие-нибудь планы на сегодня?
Я поколебался, потом сказал:
— Извини, но, боюсь, мне нужно кое-куда сходить.
На ее лице промелькнуло разочарование, сменившись фальшивой улыбкой.
— Может быть, как-нибудь в другой раз?
Я не знал, что делать. Пока я работал в Коновязи, она заходила, может быть, с полдюжины раз, каждый раз выпивая только два джина с тоником и лаймом и каждый раз после этого уходила. Я лишь однажды коротко поговорил с ней, но также видел ее в окружении других мужчин. Хотя она и была хорошенькой, но не была ни злой, ни высокомерной, ни какой-либо другой, что является обычным для хорошеньких девушек, знающих, что они хорошенькие. Вместо этого она была, в основном, добродушна и слегка поддразнивала. Она легко улыбалась, редко хмурилась, не была чрезмерно мелодраматичной и, казалось, чувствовала себя комфортно в своей собственной шкуре.
— Послушай, - сказал я, положив руку на ее корзину для покупок, чтобы остановить, - мне правда нужно сегодня кое с кем повидаться. Это... ну, это важно. Для меня.
— Достаточно честно.
Она улыбнулась, расслабляясь, и снова эта кокетливая улыбка. Я посмотрел на содержимое своей корзины, затем опять на нее.
— И все же, - начал я, затем остановился, пытаясь придумать, как правильно это сказать. - То, что я делаю сегодня, вообще-то не займет слишком много времени. А потом мне просто нужно приготовить еду на неделю, что займет всего несколько часов.
— Ты приглашаешь меня на свидание? - поддразнила она. Я напрягся, и она сказала: - Потому что, если это так, то
По кайфу