его кто-то.

А игуменья и ждала его, стоя спиной к полке каминной, локтем об нее опершись. Простоволосая, одета она была в просторную, короткую, полупрозрачную, белую, мирскую накидку, с плеча спадающую, ее голые, слегка отвисшие, сучьи груди торчали крепкими сосками в стороны. Той рукой, опиралась на которую, ее птичьей кистью, она бесстыже приподнимала край накидки, которая, широким, кружевным полукружьем свисая, внизу оголяла крутое бедро и аккуратно подбритую пизду голую, но ровно настолько, чтоб лишь намекнуть на черный пушок влагалища, узкой дорожкой в промежность сбегающий, чтоб только дать понять, что настоятельница без белья. И не более.

— Матушка Аглая, сюда же зайти могут. - Как-то, словно испуганно запищал Евгений, - а вы в виде таком!

— А никто сюда не зайдет, коли я не велю. Не посмеет.- С усмешкой молвила игуменья.

Женька, рот раскрывши на опекуншу пялился, глаз отвести не в силах, и чесал- чесал свои половые органы.

— Матушка Аглая, у меня раздражение от перин ваших, - взмолился он, порхая буквально на цыпочках, - все чешется, умоляю, мази дайте какой — нибудь.

Глаза настоятельницы блеснули по змеиному, и зрачки их стремительно сузились, и она как-то очень торжественно молвила:

— Грешна ты, Евгения, грешна и не каешься, потому Господь и шлет тебе испытание. Да и мир весь во грехах погряз, в извращениях и похоти, потому и нету покоя нам, потому и маемся, в аллергиях, да заразах всяческих.

В ее руке оказался пульт, она включила плазму широкую.

А там девушку белокожую, белолицую стоя сзади, за бедра держа, жестко уродливый мужлан сношал, на дикого кабана похожий. А из одежды на девице лишь диадема бриллиантовая, да перчатки, расцветшие кружевами легкими до локтя, белые.

Женька глазами пожирал любовников, и глазам не верил своим: у девицы из лобка торчал небольшой членик эрегированный, с боков яичками облепленный.

Выходило, что парень то был с грудью и прической девичьей!

Евгений чувства охватили сладкие, сиреневые, дурманящие. Никогда он такого не видывал, ни о чем таком не догадывал.

А матушка выставила кулак со средним пальцем поднятым, какую -то вязкую, мутную мазь на него из тюбика капнула, за промежность подопечного схватила спереди, его анус тем пальцем нащупала и настойчиво его в сфинкер ввела, словно на штырь пацана посадила.

Женя затрепыхался, схватился за руку ее, попытался высвободится, но матушка уже вовсю тем пальцем трясла у него в анусе, и дикие пошлости щекочущие ему в самое ушко нашептывала:

— Смотри, смотри на экран, насельница, чужой грех седлай, да осваивай!

Глазами желтыми в глаза его до самого дна заглядывала, высокомерным, ироничным взглядом поощряла и стыдила его, словно поняла его тайну самую сокровенную.

И палец ее настойчивый все активней стимулировал лунку ануса, распаляя ее, раззадоривая. Но кроме боли и стыда ничего Евгений не чувствовал. Да еще недоумение разве что. Уж никак не ожидал он, что события такой крутой оборот примут.

А тут еще бедро матушки иногда чуть касалась бедра его оголенного, раздражало волосками жесткими, чуть отросшими, отчего по плечам юноши разбегалась кожа гусиная.

Нижний краешек накидки матушки щекотал залупку крепкую, голую, навевал на нее ветерочек легонький.

Женя уже не смотрел на плазму, под себя он смотрел и видел, как наставница забрала его отросток торчащий, каменный в руку свободную и стала дрочить, другой рукой страстно анус массируя. При этом она натужно кряхтела и постанывала как бы за него. А он лишь, стесняясь, тихонько поскуливал.

Наконец накатил оргазм непонятный, словно безликий, и Женька выбрызнул прямо на руку смуглую матушки, и благодарен он был ей за облегчение.

А небо над монастырем — синее. И облака — белые, и летят они стремительно, словно

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 8260

Начало счастья

И был ли то Ангел. Часть 1: Амина. Секс в банке

Смертельное желание

Поиграли

Массаж для мамы