стоящая за прилавком в соблазнительной позе, она переминалась с ноги на ногу, а ее широкая попка манила мальчишеский взгляд. Новая, еще более сильная волна накрыла подростка – оказалось, что и одетая, мама способна вызывать невыносимую сладость внизу живота. Насколько страстны были ее позывы в адрес зрелого самца, настолько яростно они передавались в сторону противоположную. Юрка видел перед собой не мать – женщину, самку, готовую к спариванию, пока глаза его видели только нарядную оболочку, инстинкт не ведал сомнений относительно содержимого. Хотелось не столько смотреть на подставленную задницу, сколько прижаться к ней животом и стоять так бесконечно долго, не причиняя матери вреда и беспокойства.
Усилия Полины не принесли видимых успехов, но взгляд шофера стал другим, он выражал нескрываемое мужское желание. Мужчина ушел, он расплатился, спешно дошагал до своего грузовика и с рыком укатил, оставив стойкое впечатление, что в следующий свой визит не оставит Полинку в накладе. В час, когда солнце достигло зенита и светило с особым усердием, к магазину подкатил велосипед. Галя неуклюже слезла, перетащив ногу через высокую раму, прислонила его у стены и вошла в магазин.
— Здарова, горемыки!
— Здоровее видали.
Галя перегнулась через прилавок, чтобы в символическом поцелуе прижаться к щеке сестры и племянника.
— Пойдем на озеро, - предложила Галина, - поговорить надо…
От неожиданности Юрка метнул непонимающий взгляд на мать, но та успокоила его мягким наклоном головы:
— Сына, посидишь на кассе?
Подросток кивнул и натянул футболку. Когда он остался один в лавке, его атаковали противоречивые соображения, во-первых, разговор с матерью состоялся и был не из приятных, зато была внесена некоторая ясность, а во-вторых, теперь поход ее к озеру устойчиво ассоциировался с ее наготой. Эта картина оставалась пленительным исключением среди скучных хозяйственных забот вдали от друзей и Юли, хотелось тотчас упереться любом в стекло чердачного окошка, высвободить своего истомленного пленника и, глядя на безупречное тело матери, спустить напряжение. Как ни странно, фантазии о юной и миловидной возлюбленной не вызывали такого неистовства в мальчишеской груди. Юрка не выдержал путаницы и привычно рванул на чердак – как оказалось, побороть искушение и отказаться от подглядываний он был еще не готов. К облегчению, а может и сожалению, на этот раз мама не разделась, женщины сидели на берегу, увлеченно беседовали и даже не удостаивали его своим вниманием.
Галина вытянула белые ноги и слегка натянула край платья:
— Мой дурак вчера наделал шуму?
— Да-а, проехали, - отмахнулась Полина, - у нас народ привычный.
— Ох и дурак! Сам позорится и меня позорит.
Полина достала из пачки сигарету и зажигалку, предложила сестре и после ее отказа закурила.
— Ты где пропадала-то вчера, пропажа? – Поля выдохнула клуб сизого дымка.
— А тебе все знать надо…
По лицу Галины и даже ее голосу было заметно нетерпение поделиться хоть с одной живой душой своей радостью:
— Врач у нас новый. Знаешь же, из города приехал?
Полина выдохнула дымок тонкими ноздрями и кивнула.
Профессор