часть ее финансирования. В то время как я надрывался, чтобы обеспечить ей поддержку, необходимую для раскрытия ее потенциала, она уделяла все свободное время другому мужчине. Я так и не дал ей возможности объясниться. Да и какие могут быть объяснения? Я не сказал ей, что то, что я узнал, способствовало моей аварии. Даже не сказал, что был парализован ниже пояса; ей пришлось узнать об этом от моего босса. Мне не нужна была ее жалость; я не хотел, чтобы она приходила ко мне, ради облегчения своей вины.
Я отправился в университет, в своем инвалидном кресле, и начал защищать докторскую диссертацию. Когда появился Мамфорд, я отодвинул докторскую на второй план. Врачи и консультанты говорили мне, что ноги должны вернуться. Однако я – инженер, а мы работаем с наихудшими сценариями. Я был очень удивлен, когда ко мне вернулись ощущения, а мышцы начали делать что-то без приказа. Через пятнадцать месяцев после аварии я снова начал ходить. Год физиотерапии спустя никто бы не поверил, что у меня были проблемы.
– Где мой латте с обезжиренным молоком? – спрашивает она, усаживаясь на сиденье рядом с моим. Я протягиваю руку к сиденью с другой стороны, беру ее чашку и передаю ей.
– Боюсь, что это – просто белый кофе.
Она задирает сыой нос.
– Считай, что тебе повезло, что у тебя есть фильтрованный кофе, когда начала сюда приходить, здесь был только растворимый.
Она берет кофе и отпивает глоток. Второй глоток говорит мне, что он приемлемый.
– Когда наша очередь, босс?
– Последняя перед обедом. Лучшая позиция.
– Значит, нам придется немного подождать.
– Около полутора часов. Сначала будут представлены несколько интересных докладов, просто откинься и наслаждайся ими.
***
И вот наша очередь. Мы с Лорен выходим на сцену. Мой доклад посвящен разработанной нами системе управления. Однако из опыта я знаю, что по каждому аспекту нашего создания конечностей нам будут задавать вопросы. Я делаю доклад, а Лорен запускает видео. Некоторые люди в аудитории понимают, насколько сложны эти вещи. Когда мы показываем, как наш испытуемый держит бокал с вином в своей бионической руке и наклоняет его, чтобы сделать глоток, я слышу несколько звучных вздохов.
Я описываю многоуровневую систему управления и рассказываю о том, как решаются различные проблемы, а затем все заканчивается, и нам начинают задавать вопросы. Я вижу, что Лорен на самом деле глубоко погружена в это все, поскольку она отвечает на вопросы о распределении веса и передаче мощности. Затем последовал вопрос, который меня удивил.
– Почему вы бросили преподавание?
На мгновение я ошеломлен, но потом прихожу в себя.
– Потому что был ужасным учителем. Чтобы хорошо преподавать, нужен особый человек, а я не такой как я.
Первая фраза вызывает у аудитории смех, но вскоре они успокаиваются.
– Вы были не так уж плохи, благодаря вам я поступил в университет и теперь – здесь.
– Простите, здесь темновато, сэр. Как вас зовут?
– Дэниел Рейнольдс
– Ах, да, я тебя помню, Дэниел; может быть, мы могли бы поболтать за обедом?
Ведущий говорит, что сейчас будет последний вопрос, и по громкой связи звучит ее голос:
– Доктор Флетчер. Это доктор Флетчер, не так ли?
Откуда она это взяла? Я не присутствовал на церемонии и почти никому не представлялся.
– Да, собственно говоря, но это не имеет значения.
Лицо Лорен приняло удивленное выражение.
Даже через систему громкой связи я смог узнать ее голос.
– Что заставило вас признать поражение в проекте?
Я понимаю значение этого вопроса, даже если зрители и не понимают. Впервые я затруднялся с ответом. Мне на помощь пришла Лорен и выхватила микрофон.
Аппетитный прыщик (лекции с диванчика)