раз, - сказал он. - Но как насчет завтра? Или послезавтра? Или в следующий раз, когда твой муж уедет из города? Или в следующий раз, когда ты почувствуешь себя оскорбленной?
Ее лицо побледнело, когда она слушала его.
— Я бы не стала... - начала она.
— Это то, что ты говорила себе раньше, - сказал он. - И посмотри, что чуть не случилось? Ты ведь понимаешь, что он вел с тобой долгую игру? Это - не результат сиюминутного увлечения. Он добивался этого годами. И не думаю, что сейчас он остановится.
— Боже мой, - тихо сказала она.
— Наше время уже вышло, и мне пора вернуть тебя до прихода следующего посетителя, - сказал он. - Серьезно, если бы я был на твоем месте, я бы потратил некоторое время на переоценку своих приоритетов. Может быть, поговорил бы с психологом.
— Возможно, ты прав, - сказала она. Он кивнул головой.
— Давай, пойдем, - сказал он.
Картинки перед ними померкли, и она снова оказалась в своей комнате, рядом с кроватью. Кэма не было, и она посмотрела на часы - 01:55 утра. Она закрыла глаза и попыталась отдохнуть несколько минут. Но отдых был недолгим.
Она почувствовала изменения в атмосфере комнаты и подняла голову. Казалось, что сами тени в комнате зашевелились и приняли другую форму - форму высокого мужчины в одежде западного стиля, с побитым стетсоном и пыльником длиной до пола. Когда тени перестали двигаться, она обнаружила, что смотрит на мужчиеу, выглядящего так, словно он только что вышел из старого фильма.
— Кто... вы? - спросила она. Фигура улыбнулась, а его глаза вспыхнули.
— Меня зовут Пиис, мэм. Джастис О. Пиис. Друзья зовут меня Илай, - сказал он с характерным техасским акцентом, наклонив шляпу. - А вы, должно быть, Кэрол Бек.
— Да, это я, - сказала она.
Он кивнул головой.
— Думаю, вам лучше встать, чтобы мы могли двигаться, - сказал он.
Она стояла и смотрела, как он из ниоткуда достает длинную веревку. Один конец веревки был связан в лассо, и он накинул петлю вокруг ее тела. Что он со мной собирается сделать, - спросила она себя.
— Не волнуйтесь, мэм, - сказал он. – Просто все может пойти не так гладко. Не хочу вас потерять.
— Куда мы идем? - спросила она.
— Туда-сюда, - сказал он. - Как я понимаю, у вас есть небольшие проблемы с Рождеством.
— Это не мое любимое время года, - сказала она.
— Так мне и говорили. Мой папа рассказывал мне, что когда-то жалел себя, потому что у него не было обуви. Потом встретил человека, у которого не было ног, - сказал он. - Понимаете, о чем я?
— Я... Думаю, да, - сказала она.
Он улыбнулся и натянул веревку.
— Держитесь, маленькая леди, - сказал он. - Не волнуйтесь ни о чем. Я держу вас.
Она увидела яркую вспышку света и обнаружила, что стоит на каменистой земле возле небольшого саманного дома. Рядом с ней стоял Джастис и смотрел на дом.
— Где мы? - спросила она.
— Примерно в семи или восьми милях от Хард-Рока, штат Техас. Канун Рождества 1854 года.
— 1854-го? - спросила она, потрясенная. Он кивнул головой.
— Да, - сказал он. - Слышите, внутри поют?
Она прислушалась и услышала, как несколько человек поют старые рождественские песни. Она различила знакомую мелодию «Тихой ночи», и на ее глаза навернулись слезы. Они звучали так счастливо и радостно.
— Да, слышу, - сказала она.
— Мой папа был не слишком религиозен, но время от времени ему нравилось петь старые добрые семейные песни, - сказал Джастис. -
Дурочка на чертовой карусели. Часть 7