У Леона было несколько роскошных комнат: большая гостиная, столовая, комната для развлечений с телевизором такого размера, что он должен был быть в кинотеатре. Но сразу было видно, что это не та часть дома, которую он хотел им показать. Он подвел их к большой коричневой двери, которую нужно было отпереть с помощью сканирования отпечатков пальцев. Внутри они оказались в огромной комнате, заполненной лабораторным оборудованием.
— Это моя личная лаборатория, - с гордостью сказал им Леон. Деревья - моя страсть. У меня нет ни жены, ни детей; здесь я провожу свое время.
— Боже мой!,
Сара уставилась на круглый черный цилиндр с прикрепленным к нему экраном.
— Это центробежный спектрометр Людвига?.
— Да!,
Леон улюбнулся.
— А еще у вас есть анализатор образцов Педерсона! Это дорогие приборы!
— Да! Вы когда-нибудь пользовались таким?
— Старая модель...,
Сара с завистью посмотрела на оборудование.
— Доктор Альберт помог мне узнать, что купить, - сказал Леон. Вон та белая дверь - это вакуумно-герметичный замок в лабораторию по выращиванию культур.
— Потрясающе!,
Глаза Сары сверкнули.
— А там есть окно? Я могу заглянуть внутрь?
— Возможно, в другой раз, - вмешалась Линда. В ее глазах промелькнуло предупреждение для Сары. Я думаю, Сара, очень важно, чтобы ты расслаблялась по вечерам. Ты весь день трудилась над этими саганами... Я не хочу, чтобы ты перегорела и потеряла концентрацию.
Посыл был ясен.
— Хорошо, - сказала Сара. Тогда, может быть, в другой раз. Она посмотрела на Леона, пытаясь передать ему извинения.
Леон нахмурился. Она могла сказать, что он очень хотел показать ей свою лабораторию и был раздражен тем, что не мог этого сделать.
— Тогда позвольте мне показать вам мою маленькую оранжерею для растений. Он пристально посмотрел на Линду.
— Там нет саганов, только маленькие растения и цветы.
Линда кивнула.
— Мы с удовольствием посмотрим.
Леон вывел их из лаборатории и повел по извилистому коридору, наконец открыв дверь в огромную оранжерею. Сара была в восторге от его лаборатории, но ее дыхание перехватило не меньше, чем от его оранжереи. У него были ряды и ряды растений с красивыми, яркими цветами всех цветов. Он повел их по извилистой дорожке через пересекающиеся проходы, указывая на значимые растения в своей коллекции, и усмехался, когда Сара, затаив дыхание, произносила латинские названия его редких растений, ее глаза светились от восторга.
— Это твои орхидеи?,
Сара указала на один из участков оранжереи, где цвело море розовых и белых цветов.
— У тебя их так много!
— Да. Ты любишь орхидеи?
— Да...,
Сара подумала о предыдущем комментарии Микки и почувствовала, что ее щеки стали теплыми.
— А ты?
— Я люблю их, - сказал Леон и захихикал.
В дверях оранжереи появился мужчина и обратился к Леону на мелеприйском языке. Леон что-то ответил мужчине, затем повернулся к ним и сказал по-английски:
— Ужин готов. Давайте вернемся к столу.
***
Сару доконало белое вино. Они прикончили одну бутылку за ужином и приступили к другой перед десертом. Линда и Адам попросили кофе к десерту, но Сара просто налила еще вина в свой бокал. Она допила только половину, когда ее веки начали опускаться.
— Думаю, нам нужно уложить доктора Олсон в постель, - заметил Адам, заметив, как она кивнула головой и снова поднялась.
— Мне очень жаль, - сказала Сара Леону. Мне вдруг так захотелось спать!". Она попыталась встряхнуться, но тут же почувствовала, что усталость снова давит на нее.
— У тебя был долгий день, - сказала Линда. И еще один длинный день завтра. Думаю, нам пора возвращаться.
Поблагодарив Леона за ужин, они втроем пошли обратно в коттедж. Ночь была теплой, легкий ветерок шевелил листву
Этюд N2