проблема, но я уже немного продвинулся в ее решении. Вот, посмотри на этот. Леон снова наклонился к ней, убирая один слайд и заменяя его другим.
Сара снова посмотрела в микроскоп.
— Это еще один красный барбос гибрид?
Руки Леона обвились вокруг ее талии, прижимая ее к своей груди. Она чувствовала его дыхание на своей шее.
— Смесь Красного Барбоса и Гаспара.
— Гаспар? Ух ты. Выглядит потрясающе. Такой здоровый. Вы проводили тест заряда сока? Каков выход?
Рука Леона поднялась, обхватив ее грудь.
— 34.2.
— Ты серьезно?,
Сара подняла голову от микроскопа и закрыла глаза, когда пальцы Леона погладили ее сосок.
— Это невероятно.
Леон развернул ее кресло. Его пенис был частично эрегирован. Он наклонился и поцеловал ее, и она почувствовала, как головка его члена коснулась ее ноги. Его руки продолжали сжимать и гладить ее грудь. Сара открыла рот для его поцелуя. Она протянула руку и коснулась его груди, ощущая рельеф его мышц.
Он прервал поцелуй.
— Пойдем со мной. Я хочу показать тебе еще кое-что, что, я думаю, тебе очень понравится.
— Где?
— На улице.
Он вывел ее из лаборатории и повел по лабиринту коридоров, пока они не дошли до металлической двери. Леон приложил руку к сканеру отпечатков пальцев, и дверь распахнулась, открывая двор, засаженный деревьями. Электрические фонари давали мягкое оранжевое свечение, разбросанные по двору на уровне колен.
— Следуй за мной. Это короткая прогулка, - сказал Леон.
Сара последовала за Леоном, когда он повел ее по узкой тропинке, которая, казалось, вела из внутреннего двора. На тропинке не было ни одного фонаря, и Сара осторожно выбирала дорогу при свете луны.
— Мы на улице?, - спросила она, глядя на звезды. То есть, я знаю, что мы снаружи...
Он усмехнулся.
— Я знаю, что кажется, что мы идем по дикой местности. Но эта территория безопасна. Почти пришли.
Сара увидела слева что-то светящееся. Небольшая статуя, освещенная светом четырех фонарей. Это была каменная фигура человека с птичьей головой, на шее которого висела свежая нитка белых цветов.
— Что это за статуя?, - спросила она.
Леон сделал паузу.
— Это Кон Ом Ма. Мелеприйский бог земли. Я держу здесь святилище. Многие мелеприйцы хранят такие святыни.
Он взял ее за руку и потянул к себе, чтобы она могла получше рассмотреть статую.
— Когда я был молод, мы были бедны, и я не верил ни в какого Бога. Я не верил ни в богов Мелеприи, ни в других. Я верил, что мы одни в этом мире.
Он сжал ее руку.
— По правде говоря, я до сих пор не знаю, во что я верю. Но я был беден, Мелеприя была бедна, а потом однажды мы обнаружили богатство, превосходящее воображение, спрятанное в деревьях саганы, которые окружали нас. Когда происходит что-то подобное, трудно не почувствовать, что кто-то присматривает за нами.
Он пожал плечами.
— Поэтому я почитаю Кон Ом Ма.
Они прошли мимо статуи, и тропинка пошла вверх по склону. На вершине круглого холма деревья уступили место поляне. В лунном свете Сара увидела три небольших дерева сагана, высотой едва ли до ее плеч. Леон отпустил ее руку и позволил ей самой подойти к деревьям.
— Что же это такое?,
— пробормотала она про себя. Маленькие листья, почти восковые... более широкий ствол...,
Она погладила кору одного из деревьев.
— Здесь есть немного Уитни-Бритт?
— Да. Леон ухмылялся. Но что еще?
— Что еще..., подумала Сара. "Я знаю, что ты хотел бы смешать его с чем-то хорошим..., Через минуту она догадалась: "Чонгзуо?".
— Нет., Леон подошел к трем деревьям. "Это гибрид Уитни-Бритт и Эндербурга.
Такова жизнь