безумный блеск в глазах Дэна и ощущая отзвук его возбуждения в самой себе, она водружает правую ногу на стул. Кинув на парня ещё один взгляд — и скользнув пальцами по колену через тёмную ткань колгот.
Спуская вниз язычок молнии чёрного сапога, Ирина расстёгивает его.
Опустив ногу вниз и водружая на стул левую ногу взамен, совершает то же с иным сапогом.
Полуприсев на столик, преподавательница вновь задирает вверх юбку, опять бесстыдно обнажая до самого предела бёдра, пальцы её ухватывают молнию за пластиковый язычок и неспешно тянут его снизу вверх под разгорячённым взором ученика.
Позволив юбке опасть и вновь на миг пересёкшись с подопечным взглядами — всеми силами своими тщась передать мессейдж «До чего ты меня довёл?» в это краткое мгновенье — девушка, из всей заметной одежды на которой остались лишь салатовый бюстгальтер и тёмные колготки, полуоборачивается к ученику спиной и к окну лицом. Кончики её пальцев подныривают под поясок нижней части её одеяния.
И соскальзывают ниже.
Стоя перед учеником в одном салатовом белье, цвет её трусиков по оттенкам совпадал с топиком, Ирина проводит ладонью по животу.
Пальчики её касаются на мгновенье резинки трусиков, будто колеблясь, не нырнуть ли и за неё.
Глаза Дэна дико горят, брюки его вздуваются шатром, только что не лопаясь изнутри.
«Интересно, сколько на самом деле ему лет?»
Ирина знала, что при участии в гипноклипе восприятие реальности может слегка варьироваться — так, например, гипноактёр не замечает съёмочной аппаратуры вокруг. Но главные элементы внешности участников сцены обычно остаются как есть.
С другой стороны, она ведь может сниматься и в подпольном гипноклипе, товаре для чёрного рынка. Тогда вид и возраст ученика перед ней могут быть вполне неподдельны.
Мысль эта почему-то сладко обжигает её.
Рука парня дёргается, зачем-то стиснувшись вокруг левого бедра. Ирина вдруг понимает, что ученик пред нею сдерживается из последних сил, еле удерживаясь от — ну, чем там обычно занимаются тинейджеры, следя за раздеванием обольстительниц из видеороликов?
«Интересно, что произойдёт, если я вынужу его извергнуться прямиком в брюки? — мелькает невольный вопрос у неё в голове. — Клип будет сорван?»
С затуманенным взором она облизывает губы, заставляя их влажно заблестеть, после чего касается пальцами левой чашечки топика.
Скользнув по ткани кончиками пальцев, на миг она останавливает их у соска.
После чего — сжимает.
Неотрывно глядя Дэну в лицо строгим и при этом провоцирующим взглядом, она заводит левую руку за спину, нащупывая салатовый узелок.
Обе чашечки топика падают вниз.
С уст парня перед нею слетает невольный стон. Нарочито потупив взор и даже полуприкрыв глаза, Ирина позволяет своим ладоням попутешествовать по мягким полушариям, как бы пытаясь в смущении их прикрыть — но тут же слегка смещая вниз правую руку, а левой ладонью устремляясь ещё ниже в направлении кремовых трусиков.
Колени её распахиваются под взглядом Дэна, она сидит на самом краю письменного столика. Рука её глайдером скользит по зыбкой зеленоватой дорожке, почти утапливая нить трусиков в горячих недрах.
Пальцы её проникают под салатовую тесёмку, ресницы приоткрываются на миг — лишь дабы увидеть, как рука Дэна стискивает бугор на брюках.
Веки её приподнимаются ещё выше, а взгляд её встречается со взглядом ученика, уголков её губ касается лёгкая поощрительная улыбка. Прямо у него на глазах преподавательница интерлинка проскальзывает рукою в трусики уже целиком — ведя игриво кончиками пальцев по собственной щёлке.
Как же здесь горячо?
Тесёмка её белья приспущена, голова её и спина запрокинуты назад, она уже скорее лежит, чем сидит на столике — открытая как взгляду ученика, так и взорам возможных заоконных наблюдателей, способных различить что-либо через призрачный невесомый тюль.
Приключения...