— Эта Мариса, о которой вы говорите, - сказал он, его голос был выше, чем вы могли бы подумать. — Она, случайно, не та молодая леди, которая редактировала это? На самом деле, нашла его и принесла вам?
— Именно она, - сказал я.
— И она будет здесь? - сказал он, выглядя одновременно удивленным и довольным этим предположением.
— Ей лучше быть здесь, - сказал я.
— Что вы имеете в виду, Тайлер? - спросил он.
— Если ее не будет... - начал я.
— То, что он пытается сказать, Райли, - вклинилась Натали, ее рука сжалась на моем предплечье и сдавила его до чертиков. — Он пытается сказать, что считает, что она заслуживает львиную долю заслуг.
— О, я не знаю, - сказала Райли, легко улыбаясь мне. — Она не писала это. Это сделали вы. Так что заслуга, конечно, есть, но, наверное, не львиная доля, а?
— Львиная доля", - сказал я. — Если бы не она, вы бы никогда этого не увидели. И вы читали окончательный вариант, который у меня был до того, как она помогла с правкой.
Он кивнул.
— Да, я признаю, что это даже лучше, чем мы ожидали. И ваша собственная окончательная версия, уже была превосходной.
— Но ее вариант лучше, верно?
Он кивнул.
— Заметно.
—Значит, львиная доля, - повторил я.
— Тогда я, с нетерпением, буду ждать встречи с ней, - заключил он, снова погружаясь в утиную грудку на своей тарелке.
Я улыбнулся, гадая, будет ли он все еще так думать, когда увидит ее лично.
Я вспомнил, как впервые увидел ее, удивляясь, как я вообще мог влюбиться в это привидение, на пороге моего дома.
* * * * *
Вечеринка началась в восемь вечера в субботу, и я пришел на пять минут раньше. Вечеринка проходила в бальном зале отеля "Waldorf Astoria", и по всему залу, были разбросаны огромные плакаты с моей фотографией и обложкой книги. Было также несколько сотен экземпляров книги для прессы, критиков и различных литераторов и знаменитостей, которые должны были присутствовать. Я провел полтора часа, раздавая автографы на каждой книге.
Там уже было несколько десятков человек, которые, в основном, толпились у бара или за одним из нескольких столов, уставленных канапе. Я не узнал никого из них.
И я не видел Марису.
Я почувствовал, что меня сжимают за руку, и повернулся.
— Сьюзан, - сказал я, наклонился и поцеловал ее в щеку.
— Поздравляю, Тайлер, - сказала она, оглядывая комнату, потом снова на меня. — Ты должен гордиться собой.
— Спасибо, - сказал я, увидев, что она была с кем-то.
С таким же тридцатилетним, как и я, с квадратной челюстью и коротко стриженными светло-каштановыми волосами. Никакой Марисы.
— Где...
— Я хочу познакомить тебя с Тоддом Мюллером, - сказала она. — Он мой... мы...
— Встречаемся, - сказал Тодд, улыбаясь и протягивая мне руку. — Ты можешь сказать это, детка. Правда.
— Мы встречаемся, - сказала она, улыбаясь ему.
— Тайлер Коллинз, - сказал я, возвращая крепкое рукопожатие. — Спасибо, что пришли. И мои поздравления. Сьюзан - очень особенная леди.
Он посмотрел на нее, и она ответила ему теплой, легкой улыбкой.
— Разве я не знаю, - сказал он. — Мы познакомились во время суда, несколько лет назад. Она начистила мне задницу. А потом, я столкнулся с ней в продуктовом магазине. Кубинская бакалея, не меньше. Маленькая дырка в стене, приютившаяся в переулке.
Она похлопала его по предплечью.
— Тебе не обязательно рассказывать ему всю историю.
Он пожал плечами и усмехнулся.
— Я просто рассказал. Кроме того, что мы выпили. Что-то из папайи.
Женитьба дурня